Книга Имя моё - любовь, страница 26 – Марьяна Брай

Королева и принц спали, когда служанка принесла мне положенный ужин. Непривычно было видеть девочку в белоснежном фартукеи синем платье. Серые цвета, как краска, въелись в мое сознание, и мозг торжествовал от такого разнообразия.

Запах болезни, казалось, никогда не выветрится из тяжелых занавесей, балдахина над кроватью, этих пуховых перин и ковров под ногами. Я сидела на стуле и рассматривала спящую женщину до тех пор, пока в зале не раздались голоса. Сначала вбежали две служанки. Они велели забрать ребенка и уйти в комнату за уборной. Видимо, это была комната личной служанки, которая должна быть под рукой днем и ночью. Но королева не хотела, чтобы ее сына уносили из ее покоев.

Я с мальчиком на руках осталась в уборной, чтобы узнать об этом месте и его жильцах хоть что-то.

— Ваше Величество, вас осмотрит лекарь, — мужской голос прозвучал строго, но довольно заботливо. В ответ королева зашлась кашлем, потом что-то пробормотала и застонала.

— Ваше Величество, вы спали сегодня днем? — задал вопрос второй голос. Дрожащий старческий фальцет казался чуточку смешным. Я даже попыталась представить себе его владельца, но выходило плохо. «Он должен быть сух, сгорблен, но в то же время проворен», — решила я.

— Утром она говорила и даже подержала на руках ребенка, — первый мужчина, судя по твердым шагам, ходил по комнате от окна к двери, разворачивался на каблуках и шел обратно. Этот скрип возникал строго в моменты, когда он останавливался. Я представляла его как Вячеслава Тихонова, сыгравшего Андрея Болконского в фильме «Война и мир».

Благодаря моей любви к аудиоспектаклям, образы возникали в голове моментально, как только я слышала чей-то голос. Я часто угадывала, как выглядит человек, даже его походку и такие мелочи, как поворот головы, если слышала его диалог с кем-то больше пяти минут. Это тоже было моим развлечением, особенно в коридорах больницы, пока ждала приема врача. Двери в этих кабинетах очень тонкие.

— Мое питье помогает ей спать? — уточнил лекарь.

— Да, она спит по три, а иногда даже четыре часа, — тихо ответила служанка.

— Вот и хорошо. Вот и хорошо, — пробубнил доктор.

— Что еще можно сделать? — «Тихонов» был настойчив.

— Лорд, идем в зал, не будем Ее Величеству мешать спать, — шаркающие, но быстрые шаги лекаря подтвердили мою догадку о его расторопности.

— Да, только… — начал было спорить «Тихонов» которого назвали лордом, и я поняла, чтоэто может быть хозяин замка. Тот самый коварный покупатель детей, которых называл нежитью.

— Прошу вас, выйдемте. Мне нужно на воздух, — уже из зала прогнусавил старик.

Шаги лорда тоже удалились, а я поторопилась в комнату и бухнулась на кровать. В этот момент в малюсенькую, буквально два на два метра, каморку вошла служанка.

— Идите в покои. Если Ее Величество проснется и не увидит сына, нам не поздоровится, — строго сказала девушка и дождалась, чтобы мы прошли к больной.

Мы снова остались одни. Я прекрасно понимала, что хотел сказать доктор. Что Королева не жилец. Но он не хотел говорить это при ней и слугах.

Мне было жаль молодую мать. Я даже представить не могла, как она страдала из-за разлуки с сыном. Если всмотреться в ее лицо и учесть тяжелую болезнь, думаю, она могла оказаться даже младше меня. Лекарь давал ей или опий, или что-то похожее на него. Я вспоминала, чем могли пользоваться в это дикое время, и на ум ничего не пришло.