Книга Попаданка для императора, или Истинную вызывали?, страница 56 – Любовь Песцова

И вместо того, чтобы хотя бы пару минут посидеть спокойно, дав мне оценить перспективу и прикинуть, как рисовать тот самый блик, этот уничтожитель яблок постоянно дергался, словно у него нервный тик!

— Будешь много разговаривать, я кого-то другого зажарю!

— Не доросла мне угрожать, — фыркнул он.

А потом вообще совершил то, из-за чего мне захотело придушить одну наглую сероглазую морду.

Сорвал яблоко с дерева, которое я так старательно прорисовывала, я начал его беспощадно поглощать!

— Вот я сейчас снова палку найду, и тогда посмотрим, до чего я доросла!

— Ух, угрозы какие пошли, — фыркнул Дан. — Ты в прошлый раз просто очень удачно стояла как раз на возвышенности. Больше так не получится.

— Знаешь, чтобы тебе еще одну шишку поставить, я специально табуретку принесу.

— Напугала! — Рассмеялся он.

И так красиво свет на его лице отразился, что я даже ругаться не стала.

Жаль, что фотоаппаратов здесь нет.

Мне бы хотелось запечатлеть именно эту улыбку. Слегка озорную, почти мальчишескую.

Карандаш ожил в руке, начав наносить штрихи на холст, а я перестала обращать внимание наего выходки. Ну его. Пусть развлекается как хочет, хоть рожи корчит, хоть яблоки жует.

Только через час, когда почти стемнело, я решила, что на сегодня хватит. Спрятала набросок, упаковала все принадлежности, сложив здесь же, в саду, в небольшой закрытой беседке. Дан уверял, что сюда никто не заходит, поэтому портрет «прекрасного его» никто не умыкнет.

— Ты так и не собираешься мне рассказывать, почему я в этом саду кроме тебя никого и никогда не видела?

— А кому он еще нужен? Не все ценят яблоки так, как я. И как ты, кстати. В первый раз вижу, чтобы за них кто-то готов был сражаться.

В его аргумент я не слишком-то поверила, но допытываться не стала.

Устало откинувшись на спинку лавки, я помассировала виски. Все же перенапряглась. Голова начинала болеть.

Ну еще бы! Тут тебе и обычная работа, и мои художественные издевательства. Хоть и нравится мне рисовать, но я понимала, что это именно издевательства. По-другому не назовешь.

Куда я вообще лезу? Я ведь всерьез не училась. Так, видео в интернете смотрела, ну один раз на курсы сходила, когда начала зарабатывать достаточно, чтобы позволить тратить деньги на хобби.

Все равно, назвать себя профессионалом у меня язык не поворачивался.

Но он сам предложил! Вот если портрет кривой получится, будет знать!

— Устала? — Спросил Дан, присев рядом. — Наверное, зря я это затеял с портретом.

— Да ладно, — отмахнулась я. — Понемногу буду рисовать. Сегодня просто что-то увлеклась.

— Это все потому, что я неотразим, — пошутил Дан.

И не поспоришь ведь!

Показательно вздохнув, показывая, что одобряю такие приступы самовлюбленности, я еще раз помассировала виски, в потом распустила волосы.

Обычно я собирала их в достаточно тугой пучок, как было принято у прислуги. К тому же, у меня для этого и свои мотивы имелись.

Волосы постепенно отрастали, становились гуще, но я понимала, что расти им до нормального состояния еще очень долго. И потихоньку отрезала секущиеся концы.

Сейчас длина была по лопатки. Для моего мира более чем достаточная. Для этого же подобная прическа считалась короткой. Хотя будь моя воля, я бы вообще каре отрезала.

— Смело, — прокомментировал Дан мою прическу. — Насколько я знаю, в Виндзорде волосы такой длины мало кто носит.