Книга Искры Феникса. Том 1. Презренное пламя, страница 60 – Анна Вада

— Он выбрал вас, Эрра. Отныне Кайдер принадлежит только вам. Не откроете секрет, что вы ему сказали? Я не расслышал, — поинтересовался Лориан.

— Что он самый красивый дракон, — я провела рукой по его гигантской переносице. — Самый сильный, — погладила участок под глазом. — Что он мой Кайдер, и другого мне не надо. — Я без страха прислонилась лбом к кончику драконьего носа.

— Алисанда, нам пора возвращаться, — сказал Ферр.

Лориан тем временем набрал команду на панели, и крыша ангара медленно поползла в сторону, открывая дракону путь на свободу.

— А как же он? Он тут останется жить? — мне не хотелось бросать зверя, с ним я чувствовала себя в безопасности.

— Нет, он последует за тобой. Тебе придется переехать в новые покои, оборудованные ложем для драга.

Весь обратный путь красноглазый был занят перепиской через браслет. Меня это мало заботило. Я волновалась, не отстал ли Кайдер, и тщетно вглядывалась в темноту, пытаясь разглядеть его очертания.

— Ты знаешь, чей это был драг? — не отрываясь от сообщений, спросил Феррад.

— Конечно, нет.

— Он принадлежал герр Данияру, единокровному старшему брату Амина и Байдера.

— А где теперь его хозяйн?

— Данияр погиб, спасая младших братьев.

— А Кайдер как выжил? Насколько я помню, они умирают после смерти хозяина.

— Драги не покидают планету. Они перестают чувствоватьхозяина, если тот уходит в другую галактику. И если хозяину посчастливится погибнуть именно там, зверь выживет. Но будет очень долго ждать его возвращения. До сегодняшнего дня Кайдер был предан только ему.

— Хорошо, что здесь появилась я. Да? Маленькая, но радость для такого большого дракона.

Я замерла. В наступившей тишине ко мне пришло осознание: Кайдер и был моим шансом. Императоры и геррианцы уважали силу, но преклонялись перед жертвенностью и верностью. Кайдер оказался живым воплощением верности, пережившей саму смерть. А то, что этот драг выбрал именно меня, говорило обо мне больше, чем любое знатное происхождение. В их глазах я перестану быть случайной пешкой. Я стану хранительницей наследия Данияра, который пожертвовал собой ради императоров. Той, кого коснулась тень подлинной, бескорыстной преданности.

Я вспомнила огромные янтарные глаза зверя — прищуренные, осмысленные. В них не было покорности. Было признание. Было согласие на союз.

«Да, — подумала я. — Я стану его новым смыслом. И вместе мы заставим их задуматься, прежде чем вновь бросить на нас пренебрежительный взгляд».

У дворца нас уже ждал Амин вместе со своим драгом. Его дракониха имела шкуру цвета сухого, выгоревшего на солнце песка. Я сразу отметила, что Кайдер был вдвое массивнее особи императора.

Ферр лишь небрежно кивнул правителю и скрылся во даорце, оставив меня наедине с Амином.

— Поздравляю, эрра. Кайдер — сильный драг, — я ответила тем же кивком подражая красноглазому.

Амин, напряженно наблюдал за небом:

— Ваши покои теперь на другой стороне дворца. В старых при нынешних обстоятельствах стало тесновато.

— Да, Феррад уже говорил об этом, — я не сделала ни шага в его сторону.

— Если позволишь, поднимемся туда на моей драге, — он протянул мне руку.

Я с сомнением посмотрела на его ладонь и представила, как буду подобно пылающему факелу в ночи восседать на спине чужого дракона. Иначе было нельзя — находиться в тесной близости с Амином было бы слишком болезненно.