Книга Ткань наших душ, страница 52 – К. М. Моронова

Последние остатки садаумирают, оранжевые и желтые хризантемы гнутся под ветром, а зеленые виноградные лозы, вьющиеся по камням «Харлоу», увядают в состоянии оцепенения.

Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю свежий воздух, говоря себе, что мне не нужно этого делать.

Мне не нужно делать себе больно.

Вот почему я здесь, я должен выздороветь.

Ключ выскальзывает из моей руки, и вместо него появляется тепло. Мои глаза удивленно открываются, когда я смотрю на Уинн.

Ее прекрасные бледно-розовые волосы шевелятся от дуновения ветра, а медово-карие глаза обжигают меня. Уголки ее губ поднимаются, когда она крепче сжимает мою руку; улыбка полностью заполняет ее душу и… я думаю, что мое сердце останавливается.

Она не хочет умирать — я вижу в ее глазах проблески надежды.

Когда они появились?

Прошло всего несколько недель, а она уже поправляется. Что со мной не так? Они с Лэнстоном двигаются вперед, оставляя меня позади.

— У меня сеанс с доктором Престином. Увидимся позже.

Лэнстон возвращается внутрь, оставляя нас с Уинн молча сидеть.

— Ты расстраиваешься, когда я играю? — спрашиваю я.

— Что?

— Когда я играю на пианино. Тебя это расстраивает?

Уинн поднимает бровь, улыбаясь.

— Нет… Это на самом деле очень приятно слушать. — Ее тон искренний, а глаза блестят любопытством. — Поэтому ты был мрачен весь день?

Пожимаю плечами.

— Я не хотел тебя расстраивать — ты плачешь каждый раз, когда я играю.

Ее глаза расширяются, и прежде чем я успеваю еще что-то сказать, она крепко обнимает меня, я прижимаюсь лицом к ее мягкому свитеру, когда она обхватывает меня руками.

Мое дыхание перехватывает. Она обнимает меня так нежно, и впервые я чувствую себя таким разбитым, какой я ее представлял.

Никто никогда не обнимал меня так отчаянно, от всего сердца.

— Ты не расстроил меня, Лиам… Ты открыл старые раны. Я почувствовала музыку, что лилась из твоей души, и почувствовала боль и грусть, которые так долго держала взаперти. Я счастлива, что заплакала — и что именно ты разрушил мои стены, позволив мне это сделать.

Мои руки инстинктивно обвивают ее маленькое тело. Я пытаюсь игнорировать дрожь в руках, но уверен, что она это чувствует.

— Я бы хотел когда-нибудь услышать, как ты играешь, — бормочу я, вдыхая ее пьянящий аромат серени.

Она отстраняется, и на еегубах появляется мрачная улыбка.

— Я бы тоже этого хотела.

Какое-то мгновение мы молча смотрим друг на друга. Влажный осенний воздух вызывает у меня желание завернуть ее в одеяло и читать целый день. Или исследовать пропавших людей, которыми она так интересуется.

— Колдфокс, Уотерс, зайдите внутрь. По прогнозу, скоро будет сильный дождь. — Джерико держит дверь сада открытой, когда мы проходим мимо него. Он осматривает нас с чрезмерным интересом. — Рад видеть, что вы двое так хорошо ладите.

Я потираю большим пальцем свое ониксовое кольцо на указательном пальце — у меня нервный тик.

— Ну, да, мы же соседи. — Я пытаюсь перевести разговор в другое русло. — Мы все еще едем на Осенний фестиваль на следующих выходных?

— Да, я закончил бумажную работу сегодня утром. Скоро получу расписание с нестандартными заданиями, с которыми им нужна помощь.

Джерико пренебрежительно машет рукой, продолжая идти без нас в свой кабинет дальше по коридору. Его темный костюм выглаженный и профессиональный. Интересно, такой парень, как он, когда-нибудь развлекается?