Книга Ведьмы пленных не берут, страница 68 – Наталья Маслова

Маладор посмотрел на меня не столько глазами, сколько всем существом, и тихо сказал:

— Кто-то, кто знает ритуалы Сердца. Кто-то из дома Правдорубов, но не гном. Кто-то, кто продаёт души за блеск золота и драгоценных камней.

Я представила себе типичную картинку: роскошный зал, свечи, небольшой столик.На нём буднично лежал контракт, написанный золотыми чернилами. Мне захотелось выругаться, но я сдержалась.

— Хорошо, — выдохнула я. — Рада, что ты жив и дышишь. Это уже кое-что. Кто помог, мы выясним позже. Расскажи, как именно как ты связан? Покажи.

Маладор поднял руку. На тыльной стороне ладони между косточками проглядывали чёрные тонкие дорожки, как муравьиные тропинки, которые впивались в кожу и уходили под рукав. От них шёл неприятный холод. Не как от мёртвых, а как от больного дерева, внутри которого завёлся червь.

— Руна-анклав, — прошептал я. — Неплохо. Кто-то умудрился сделать её недоконченной. Именно она и ест хозяина по кусочкам.

— Я чувствую, как часть меня отдаёт силу Долине, — Маладор говорил с усилием. — Когда я пытаюсь уйти, меня тянет обратно. Помочь могу лишь изнутри. Если меня вытянуть сейчас неаккуратно…

Он промолчал и сжал зубы. Я знала, что он хотел сказать: «Я взорвусь» — и подумала о своих любимых снотворных, но тут же отбросила эту идею. В данном случае они ничем не могли помочь несчастному эльфу.

— Значит, работаем максимально деликатно, — заявила я. — Ты держись, Маладор. Ратиэль, помоги мне своей песней, пока я буду плести заклятья. Мы проверим границу руны и аккуратно её распутаем. Без драм, без лишнего огня. Понял?

Бард кивнул. Его глаза вспыхнули тем, что бывает у людей перед почти невыполнимой задачей: смесь ужаса и удовольствия.

Я начала едва слышно шептать. Слова не были заклинанием. Скорее, это была саркастическая молитва, смесь канона и отчаянной просьбы.

Мой родовой дар ощущал, что что-то здесь не то. Они цеплялись, обходили, мягко подстёгивали. Сеть рун на ладонях Маладора вспыхнула. Древние символы с моей помощью избавлялись от запретных магических плетений и чар.

Ратиэль запел. Его голос не был ни высоким, ни низким. Руна на безымянном пальце Маладора дрогнула. Она начала расплетаться, словно дорожка из спутанных нитей.

Я подцепляла нити магии рукой, аккуратно, как хирург. Сарказм в моих мыслях служил топливом: «Давай, старая руна, не будь такой капризной, ты же всего лишь кусок магической проволоки». К моему удивлению, оно сработало. Нечто внутри Маладора начало таять. Не исчезать, а уступать. Это было похоже на то, как лёд плавится от солнца, которое ты ненавидишь в силу привычки.

Мыработали минут десять. Тут я ощутила, как в воздухе возникло напряжение. Кто-то попытался вмешаться извне. Падающие образы, тени, шорох. Как будто сам зал хотел присоединиться к этому спектаклю.

— Кто-то тревожит печать снаружи! — прошипел Ратиэль. — Это попытка силового воздействия.

— Тогда пора надавать нахалам по рукам!

Я метнула в сторону двери всполох тепла. Пока что предупредительный, не смертоносный. Кто-то сверху взвизгнул, и в коридоре послышались голоса. Значит, Эларион или его приспешники решили ускорить ход событий.

Тем не менее, мы довели дело до конца: руна отпустила своего пленника. Маладор вздрогнул, вдохнул полной грудью. После чего расплылся в блаженной улыбке, которая была похожа на рассвет после долгой зимы.