Книга Окольцованные тёмным пламенем, страница 59 – Ирина Смирнова

Да даже если бы и упомянули… Ножи ритуальные покупать законом не запрещено. Магических всплесков с кладбища не было. Может, у нас семейная традиция такая, кровью на могилы брызгать?

Я, кстати, даже призналась, что ездили мы договариваться с духом матери Камиля о принятии меня в ее род, являющийся древнее и сильнее, чем мой собственный. И вообще, как раз это и было целью нашего приезда в Селборн. Ну и украшения семейные еще забрать.

Следователь на все это понимающе покивал. Он вообще смотрел на нас с одобрением и уважением.

Оказывается, даже то, что мы, вернувшись в гостиницу, пошли ужинать в кафе, а не побежали смотреть на горящий дом Бранвены, зачлось нам как алиби. Преступник бы обязательно воспользовался возможностью поскорее оказаться на месте преступления.

Так что мы безвинные молодцы, сразу откликнувшиеся на призыв о помощи. И теперь, как порядочные граждане Ксатерии, должны остаться в Селборне до суда, потому что наши показания являются ключевыми. Конечно, нам снимут квартиру или дом, станут охранятьдень и ночь, однако следующий месяц нам придется провести тут.

Всегда знала, что добрые дела гораздо более наказуемы, чем злые. Но не спорить же с полицией? Зато хоть точно убедимся, что Бранвену осудили и отправили на Эрбтар.

Так вот и вышло, что наш медовый месяц вместо трех недель затянулся на семь. Правда, я ни о чем не жалею. Это были прекрасные семь недель, которые мы провели вдвоем, живя в маленьком домике на окраине Селборна. Иногда к нам приезжали гости — коллеги Камиля.

Именно там мы отметили мой первый день рождения в новом мире, а друзья по Лавелби названивали весь день. Они все, словно сговорившись, поздравляли и предупреждали, что отдадут подарок только после того, как я устрою повторный праздник уже в родном городе.

Именно там я поняла, как это приятно — торжество справедливости, но в нем очень часто бывает маленькая горчинка. В нашем случае горчинкой стал пожилой ведьмак, как я понимаю, муж Бранвены, изъявивший желание отправиться с ней на остров. Это ж какая сильная должна быть любовь и привязанность?! Значит, не такая уж эта пресветлая жаба дрянь, если ее так любят?

И именно там, в Селборне, каким-то чудом я умудрилась забеременеть…

— Да пацан у вас, пацан! Вон, смотрите, все первичные признаки на экране… Отличный, здоровый мальчик. Поздравляю. Рожать у нас будете?

Камиль, сначала доставший узистку до белого каления, обреченно посмотрел на меня. Словно выбор роддома должен был как-то повлиять на пол ребенка.

— У вас конечно, — уверенно ответила я. А выйдя из клиники, накинулась на притихшего мужа: — Только скажи мне, что ты не рад и не станешь любить нашего мальчика! Ну?! Давай, скажи!

— Надя! Я буду его любить… Как я могу не любить нашего сына, ты что, с ума сошла?! Просто…

— Просто он не дочь?! Милый, за сто с лишним лет у нас родится много-много детей, и среди них обязательно окажется лапочка-дочка, может даже две. И ты всех-всех будешь любить!

Камиль довольно заулыбался, легко подхватив меня на руки.

— Обязательно. Но больше всех-всех я буду любить тебя. Договорились?