Книга Сокровище для царевны, страница 97 – Милада Гиенко

— О чем? — тон кхидея стал откровенно скучающим, он скрестил руки на груди и устало посмотрел на визави: — Твой брат мертв, армия разбита, наемники были согласны работать на тебя, но сейчас большинство просто отошло в сторону, ведь они не собирались за тебя умирать.

— Я сожгу здесь все, — прошипел Каин. — Пусть погибну сам, но заберу с собой твою армию! Каково будет тебе вернуться в свою Кхидею в одиночестве, Повелитель?

Гвендолин спиной ощутила жар, исходящий от принца, он все нарастал, и царевна ахнула, пытаясь дистанцироваться от него, но ласниец дернул ее назад. Зрачки Дарая дрогнули, но отвлекшийся на заложницу Каин этого не заметил.

— Ты сожжешь для меня столицу царства, — выдвинул неожиданное требование кхидей.

— Что? — недоуменно уточнил Каин, подняв взгляд на хмурого собеседника. Тот повторил четко проговаривая каждое слово:

— Ты сожжешь Руебург, хочу увидеть руины города. — Затем Дарай показательно повернул голову, изучая пленников и решил: — Старшего наследника, которого Лоркан хотел сделать преемником, казним на главной площади, а остальных можешь убить сейчас.

— Ты не хочешьсделать этого сам? — удивился Каин. Повелитель задумался и вынужден был согласиться:

— Твоя правда, я убью их сам.

Принц нервно улыбнулся, довольный, что смог угодить будущему союзнику. Дарай ловко вытащил кинжал из ножен и двинулся навстречу Каину. Принц подтолкнул девушку вперед, отдаляя ее от своего тела, но не разжимая рук на ее горле и продолжая плотно прижимать сталь к ее коже.

Гвендолин смотрела в серые глаза напротив. Холодные и бесчувственные.

— Пусть ее кровь станет символом заключения нашего договора, — с ухмылкой произнес Каин. Гвендолин слышала как закричала Найрин. Наемники удержали вырывающегося Стефана, но сама она смотрела только в глаза с радужкой цвета стали, а когда мужчина оказался на расстоянии вытянутой руки, улыбнулась уголками губ.

Каин разжал руки и отступил на шаг, когда Гвендолин вскрикнула и согнулась пополам, хватаясь за живот. Он издал ликующий возглас, но в следующий миг охнул, а потом заорал от боли, непонимающе глядя на то как отрубленная кисть упала к его ногам. Дарай крутнул в руке меч и нанёс новый удар, затем следующий.

Наемники не успели вмешаться, мужчина действовал неожиданно и настолько быстро, словно вообще не являлся человеком, а осознав победителя в этой битве, стражи замерли на местах. Пленников они все же продолжали удерживать размышляя над тем, что им сейчас выгоднее делать.

Гвендолин легко взвилась на ноги и бросилась к рыдающей Найрин.

— Все хорошо, мам, со мной ничего не случилось.

Присутствующие с недоумением воззрились на невредимую девушку, ведь все они были свидетелями того как кинжал, испещренный рунами, вошел в живот царевны едва ли не по самую рукоять. Гвендолин не спешила объяснять. Она обернулась было, чтоб убедиться в том, что принц Ласнии мёртв, но ее голову ловко удержала мужская ладонь, вновь поворачивая в сторону пленников:

— Не смотри туда, — негромко попросил Дарай, затем кардинально сменил тон на холодный и властный, обращаясь к наемникам: — Отпустите этих людей и убирайтесь, если хотите жить.

Долго уговаривать мужчин не пришлось. Практичность одержала победу над глупым героизмом за считанные секунды, и мужчины, не возвращая оружие в ножны, кинулись к выходу из зала.