Книга Рабыня Дома Цветущей Сакуры, страница 51 – Милада Гиенко

Игнорируя боль, я все-таки резко сажусь.

— Проститеменя, господин, — бормочу и встаю на ноги. Кейтаро протягивает руку в намерении остановить меня, но его пальцы ловят воздух в том месте, где я стояла мгновение назад. Отступая, повторяюсь: — Простите, мне нужно идти.

И я скорее выбегаю из комнаты, а затем бросаюсь к себе. Только закрыв дверь, без сил падаю на пол и опускаю веки.

Но больше спать мне не хочется. Потому я некоторое время просто собираюсь с мыслями и жду, когда боль немного сойдет. К счастью, это случается довольно быстро. Затем я отправляюсь привести себя в порядок.

А вернувшись в дом, слышу знакомые голоса. Сначала замираю, а потом узнаю феникса. Он говорит с Кейтаро. Через пару секунд понимаю, что в разговоре участвует и Айко.

Любопытство перевешивает мое воспитание, и я подкрадываюсь к двери.

— Ты действительно думаешь, что это те же люди, которые уничтожили весь твой род? — нервно вопрошает феникс. Мне не видно его выражение лица, но кажется, что он очень обеспокоен. Он совсем не такой расслабленный и насмешливый, каким был в прошлую нашу встречу.

— У меня есть основания так полагать, — Кейтаро отвечает спокойно и безэмоционально, будто все произошло не с ним, а с кем-то другим.

— И ты планируешь просто продолжать поиски ученика? — вопросительная интонация в голосе Айко больше похожа на претензию. Хотя, возможно, она хотела произнести это с укором. Но Кейтаро не задевают ее слова:

— Я пробовал искать тех, кто убил моих родственников. Но все в пустую. Даже сейчас я не смог бы угнаться за ними. Они прекрасно заметают следы.

— И потому ты решаешь игнорировать их и просто продолжать жить, пока тебя не убьют?

— Я тяну время. Мне нужно дождаться, что убийцы допустят ошибку. Такую, чтобы я смог полноценно уцепиться.

— У тебя есть шанс дождаться своей смерти, — раздраженно фыркает феникс. — В этот раз тебе повезло, что кинжал не был отравлен!

Айко согласно молчит. Я не слышу, а лишь ощущаю ее присутствие в комнате. А следующее слово заставляет меня озадачено нахмуриться:

— Был, — просто говорит Кейтаро, словно сообщает нечто обыденное и даже скучное. — Кинжал действительно был отравлен.

— Но как тогда… — феникс не заканчивает предложение. По интонации слышно насколько он растерян.

— Девочка что-то сделала, — шелестит голос Айко. А мое тело мгновенно покрываетсягусиной кожей.

Я что-то сделала?

— Именно, — соглашается Кейтаро. — Что-то в ней есть. И раз уж Амелис моя рабыня, я намерен воспользоваться ее способностями.

Мои ноги становятся ватными, а сердцебиение ускоряется от предвкушения неприятностей. Кажется, не стоило мне вообще подходить к господину прошлым вечером.

Медленно и бесшумно отступаю назад.

Что мне делать? Бежать? Но куда я пойду?

Если Кейтаро обратится к властям, меня быстро найдут и вернут ему.

Остаться и позволить господину «воспользоваться» мной?

Пока что я понятия не имею, что означают эти слова, но под кожей струится ледяное противное предчувствие неприятностей. От этой фразы, сказанной безразличным строгим голосом, мне становится страшно.

Я тихо выхожу во двор. Небо сегодня ясное. Ни следа не осталось от темных серых туч, которые нависали над домом вчера.

Делаю глубокий вдох. Легкие наполняет запах травы и близкого леса.

Я нахожусь очень далеко от своего дома. Не представляю как я буду добираться обратно одна. На трактах небезопасно. Особенно одинокой девушке. А денег на оплату проезда у меня сейчас нет. Сейчас у меня нет вообще ничего. Я бесправная рабыня, которую купил Кейтаро. И он прав в том, что может пользоваться мной как ему заблагорассудится.