Книга Рабыня Дома Цветущей Сакуры, страница 54 – Милада Гиенко

Кейтаро наклоняется ближе ко мне. Его рука внезапно ложится поверх моей. Замираю с протянутой к птице рукой, ощущая на своем запястье мужские пальцы.

— Теперь сосредоточься, — тихо произносит Кейтаро. Мой взгляд вопреки желанию падает на его руку, затем по ней скользит до плеча. Повернув голову, замечаю, что мужчина находится совсем близко ко мне. Он смотрит на моего вестника и направляет: — Представь того, кому ты адресуешь послание. Воссоздай в памяти все, что сможешь. Его имя, внешность, характер, тембр голоса. Чем четче, тем лучше.

Робко кивнув, я отвожу взгляд и прикрываю веки. Приходится приложить усилие, чтобы не думать о теплом прикосновении, а сосредоточиться на Вилане. Но мне это удается. Я вспоминаю даже его запах и походку, а еще привычку потирать локоть, когда нервничает.

— Достаточно, — мягко прерывает мои воспоминания Кейтаро. В тот же миг он отпускает мою руку. — Вестник достаточно напитался. Теперь он найдет верный путь.

Полупрозрачная птица взлетает и устремляется в окно, а затем исчезает на фоне неба. Господин собирается подняться на ноги.

— А назад? — успеваю спросить, пока мужчина не направился к двери. Он смотрит на меня вопросительно. Стушевавшись, поясняю: — Сможет ли вестник принести мне письмо в ответ?

Кейтаро задумчиво обводит меня взглядом. Он пару мгновений о чем-то размышляет. Его взгляд становится пустым, уходя в себя. Но все же мужчина произносит:

— Если вестник окажется достаточно сильным, то сможет. Это зависит от того, хватило ли у тебя энергии.

Больше Кейтаро ничего не говорит. Он неспешно напрягается к двери и выходит из комнаты. Очнувшись, я скореенавожу порядок и аккуратно складываю все письменные принадлежности.

На следующий день я вновь прихожу в комнату Кейтаро, чтобы сделать ему перевязку. Только я разматываю бинт, как в комнату впархивает вестник. Я изумленно замираю. С надеждой и страхом оборачиваюсь к Кейтаро. Он ободряюще кивает мне:

— Это твой.

Вновь перевожу недоверчивый взгляд на птицу. Она медленно тает в воздухе, оставляя вместо себя лишь дешевую серо-желтую бумагу. Я не решаюсь подойти и взять ее, но меня подгоняет голос Кейтаро:

— Читай. Ты ждала его.

Мое поведение кажется мне верхом наглости, но я ничего не могу с собой поделать. После этих слов я бросаюсь вперед. Хватаю письмо и разворачиваю его. Глаза скользят по символам.

«Сначала я сердился, что ты бросила меня. Но я знаю, что ты сделала это, чтобы меня спасти. Я очень скучаю и жду тебя. Пожалуйста, возвращайся скорее».

У меня перехватывает дыхание. Комок подкатывает к горлу, но я заставляю себя не плакать. Пару мне понадобилось, чтобы прийти в норму. Затем я ловко складываю бумагу и прячу письмо за пояс. Обернувшись, я приступаю к перевязке. Кейтаро наблюдает за процессом и вдруг спрашивает:

— С кем остался твой брат?

— Со своим отцом, — отвечаю глухо.

— Со своим? — мужчина цепляется в последнее слово и выделяет его интонацией. Боковым зрением я отмечаю, что он внимательно смотрит на меня. — Это не твой отец?

— Нет, — еще ниже склоняю голову.

— Ты очень переживаешь о брате, — Кейтаро произносит это так, словно уличает меня в преступлении.

— А это плохо? — я не рискую смотреть ему в глаза. Мне стыдно, что он увидит в них то, как я жила последнее время. Что узнает откуда у меня на лице появился след, на который он обратил внимание на невольничьем рынке.