Книга Тайна северного особняка, страница 11 – Милада Гиенко

— Почти пять лет назад лорда Рэйзельда обвиняли в покушении на брата короля. Но ничего доказать не смогли. Тогда его лишили земель и сослали сюда, на самую окраину.

— А Стелла-то хотела жить в роскоши и достатке, в столице. Замуж выходила по расчету — за богатого и знатного, — решила добавить и свои медяки гувернантка маркизы — Тарья. Я перевела заинтересованный взгляд на эту темноволосую девушку и она стушевались.

— Почему же не разведется? — удивилась я.

— Король слишком обижен на всех членов рода де Умарри, — грустно произнесла Сью. — Потому любые просьбы игнорирует. А Рэйзельд и Стелла пытались развестись уже несколько раз. Но, стоит признать, у бывшей баронессы тоже есть выгода — титул и средства на существование. Её род окончательно обанкротился.

— А свою первую жену лорд Рэйзельд любил? — продолжила я распрос, пользуясь тем, что девушки мне охотно отвечали. Только Леська сидела на отдалении от нас и хмуро сверлила меня взглядом.

— Брита говорила, — доверительно сообщила Илия. — Что за всю жизнь герцог по-настоящему полюбил только одну женщину — свою дочь. А жены у него по расчету появлялись.

Мне подумалось, что я бы за такого напыщенного и самовлюбленного мужчину тоже замуж не вышла бы по доброй воле.

А грил от грильды недалеко падает: дочка вся в отца. Потому и обожает он ее.

Наконец, показался город. Я даже вытянула шею, рассматривая его. На подъезде виднелось очень много карет,повозок и пеших людей.

Мы миновали ворота и медленно ехали по главной улице. Я крутила головой, рассматривая невысокие каменные дома. Они нависали прямо над дорогой, на которой могли разминуться две кареты. Большинство ставен в окнах были открыты и я видела, что на подоконниках стояли горшки, в которых то росли цветы, то петрушка. Мимо нашей повозки сновали люди, кто-то веселился, кто-то ругался. Бегали озорные дети в рубашках “на вырост” из грубой ткани.

— Не свались, Арэли, — обеспокоенно произнесла Сью. Я никак не отреагировала на это, тщетно стараясь отыскать хоть что-то знакомое.

У большой рыночной площади мы слезли с телеги. Тарья поспешила к Мирабель, Илия к Стелле. Валадарко открыл дверцы, выпуская леди. Я заметила, что у обеих недовольные лица, будто они поссорились или им просто было невыносимо находиться в одной карете. Сью легонько толкнула меня локтем:

— Идём, у нас поручения от Бриты и Зарины, а леди сами по себе ходить будут.

Я кивнула. Солен и Леська пошли в одну сторону, я со Сью в другую, а дочь и жена герцога вместе со служанками и Валадарко в третью.

В первую очередь пошли за нитками и пуговицами. Зарина, — рассказывала мне по пути Сью, — раньше работала швеей, но после переезда в Северный особняк она, как и остальные слуги, занималась не только швейным делом. Но все же она будет шить платье на день рождения Мирабель.

Когда мы сновали между рядами, я почувствовала как моей руки что-то легко и знакомо коснулось. Обернувшись, увидела вывешенные на показ шелковые тшинские ткани. Замерла, рассматривая переливы серебристого и алого цветов, которые играли и поблескивали в солнечных лучах. Подняла руку, чтоб коснуться приятного полотна, но получила окрик:

— Эй, оборванка, отойди от дорогой ткани!

Ко мне спешил низкорослый пухлый торговец. От неожиданности я отскочила, склонила голову, сбивчиво пробормотав извинения, и побежала за Сью, которая даже не заметила, что я отстала. Больше я старалась по сторонам не глазеть.