Книга Жена архитектора, страница 17 – Милада Гиенко

На последних словах лицо мужчины меняется. На него наползает тень горечи и отчаяния, уголки губ тянутся вниз, а взгляд теряет осмысленность. Наблюдаю за этой метаморфозой с удивлением. Совершенно не понимаю отчего такая радостная новость и выгодная на первый взгляд работа так сильно печалит архитектора. Но ничего спросить не успеваю, Эрлинг быстро приходит в себя, возвращает себе серьезный вид и продолжает путь:

- Идемте, Келли. Вам стоит переодеться и отдохнуть. А на днях я расскажу вам про особняк подробнее, если у вас еще сохранится желание слушать.

Кажется, это завуалированная просьба оставить мужа на сегодня в покое. Потому приходится смириться, засунуть все интересующие меня вопросы в шкатулку с надписью: «на потом». И следовать за Эрлингом.

Комната мне достается прекрасная. Ни в какое сравнение она не идет со спальней Келли в родительском доме. Просторная, светлая, в стиле особняка украшена минималистично и сдержано. Она словно дышит большими окнами, тревожа вздохами легкий тюль. Украшений в ней ровно столько, чтобы они считались деталями, создающими целостный образ, а не нагромождением нефункциональных мелочей.

Единственное, что я решаю исправить: завешиваю все зеркала в покоях. Мне и самой не нравится видеть собственное отражение. Только после этого я решаюсь снять с себя все тряпки, которые на меня навешали заботливые родственники, и отправляюсь в личную ванную комнату.

Когда возвращаюсь в спальню, понежившись вдоволь в ароматной воде с маслами, на столике уже стоит ужин. Живот издает воинственный клич и тащит меня к подносу.

А после ужина на меня нападает ужасная сонливость. Кажется, муж оказался прав, и я все-таки устала. Потому заваливаюсь в кровать. Мягкие перины принимают мое тело в свои объятия, обволакивают мягкостью сатина и запахом лесных трав. Сладко потягиваюсь, ощущая как расслабляются напряженные мышцы и быстро проваливаюсь в сон.

Мне снятся пожелтевшие страницы книг. Они кружат возле меня, словно опадающие осенние листья. В медленном хороводе они спускаются с неба и стремятся к земле.

Я удивленно осматриваю их. Протягиваю руку, чтобы словить, но листы будто ускользают сквозь пальцы.

Вдалеке вижу женский силуэт. Незнакомка держит в руках раскрытую книгу. Не могу рассмотреть ни ее лицо, ни название на темной обложке.

Просыпаюсь, когда в комнату сквозь крону дерева, что нависает над моим окном, и легкий тюль заглядывают солнечные утренние лучи. Окна моей спальни выходят на восток. И это почему-то меня очень радует.

Скорее одеваюсь. Заматываю свое лицо и надеваю плотные перчатки. Даже глаза прикрываю легкой тканью, из-за которой вижу все как в тумане.

После этого с помощью магического звоночка вызываю служанку. Она заходит в комнату с подносом и ставит его на столик. На меня глядит украдкой. Наверное, прислуга осведомлена, что жена хозяина дома проклятая.

Девушку зовут Иса. От скуки я спрашиваю ее о том, откуда она, сколько работает на Эрлинга, какое количество прислуги вообще в доме.

Оказывается, что Иса сирота. Работает на королевского архитектора уже четвертый год. Она родилась недалеко от Кроу, помнила это поместье еще до пожара. По ее словам, дом выглядел более мрачным и неживым до того как его сожгли, а потом снова отстроили. По слухам прадед Эрлинга, который строил этот дом, был очень строгим и угрюмым человеком. Он работал архитектором и часто его творения передавали настроение творца.