Книга Восьмая наложница, страница 119 – Юлия Буланова

А что она сама может предложить матери принца?Многое. Хотя, сама об этом не знает.

— На самом же деле ты будешь заниматься с другими девочками. Учить.

— Чему? То есть, сделаю, как вы прикажете, но не совсем понимаю…

— Из диких рысят надо сделать идеальных барышень, которых не стыдно отправить прислуживать в императорском дворце. Лей же тебе рассказал о поручении, которое дал ему принц Киан? Ты должна быть строгой, но не ломать. Нам не нужен их страх и ненависть.

— Когда мне надлежит приступать?

— Через несколько дней. Тебе ведь нужно некоторое время, чтобы обустроить свой дом и быт. А детям привыкнуть.

— Благодарю, госпожа Мейлин. Вы невероятно добры. Но не разумнее начать как можно раньше? Путь девочки сразу привыкают к новой жизни и обучению.

— На твоё усмотрение. Я не стану вмешиваться.

Не потому что мне нет дела до этих детей. Просто, нельзя взваливать на себя всё на свете. Как тут говорят, нельзя одновременно разводить огонь и идти за водой.

Алия, в любом случае, справится лучше меня. А я больше нужна моему Лисёнку и его маленькой стайке.

И, может быть, Лей прав? Не стоит из всех детей воспитывать лисят? Такая мера свободы допустима для принца и его ближайшего окружения. А остальным? Им жить среди простых людей. За ними нет богатого и влиятельного рода.

Нет, не стоит торопиться и устраивать революцию. Пока хватит и малого. А потом… Потом и посмотрим.

Время всё расставит по местам.

Время-время…

Когда тебе плохо оно стоит на месте, запирая в бесконечности собственной боли.

А когда ты счастлив, ускользает, словно песок сквозь пальцы.

Дни мои были похожи один на другой. Не случалось в них ничего страшного. Были тревоги, заботы. Но всё было просто и обыденно.

Просто, жизнь. О нас словно бы забыли в Золотом Городе. И одно это делало нас счастливыми.

Мы были свободны целых десять лет.

Лисёнок рос слишком быстро и сейчас казался немного старше своих лет. Мой сын и в детстве был похож на Киана, но сейчас стал его молодой копией. Они даже хмурились одинаково. И одинаково улыбались. Даже их голоса многие путали. Будто Джин, действительно, был нашим общим ребёнком.

Несколько лет назад мы сыграли две свадьбы. И сейчас Лей с Рией воспитывали двоих дочерей, а Шен с Аей — сына.

Друзья Джина тоже выросли.

А звание «рысята» для них как-то незаметно прижилось. Они им, даже, искренне гордились. Впрочем, рысь — животное мудрое, осторожное и очень грозное, несмотря на скромный свой облик.

Мальчики стали такими высокими. Переняли от Шена его невозмутимость и холодное достоинство. И, кажется, готовы идти со своим принцем хоть на край света.

А вот среди девочек сейчас пошёл небольшой разлад. Они, не то, что бы перессорились. Но вели сейчас ожесточенную борьбу за сердце вышеозначенного принца. Причём, все девочки. Робкая Миори. Прагматичная Лиша. Дерзкая Раяна и другие воспитанницы Алии. Даже малышка Мей, хотя, эта, скорее, за компанию фанатела по Джину. Потому что тут так принято и есть о чём поболтать с подружками.

Нет, я их в чём-то понимала. Сама не устояла перед очарованием такого же. Но эта любовная лихорадка сейчас приносила одни неприятности. И самим юным красавицам, и объекту их коллективной страсти.

По общему мнению, лидировала в схватке за сердце императорского наследника Лиша. Джин был очарован ей с детства. Но именно это заставляло его отталкивать девушку.