Книга Иные мертвецы, страница 115 – Келли Мединг

— Слушай. — Я встала перед ним, прямо между его раздвинутых ног. — Просто иди спать, хорошо? Будешь злиться на меня, когда мы начнем работать. Но прямо сейчас у меня выходной.

Вайят приподнял брови и облизнул губы языком. Возможно, он собирался произнести извинения? Или просто согласиться, что ему пора спать. Я определенно устала и готова вырубиться. Общение с ним в последнее время было утомительным. Он продолжает пялиться, ничего не говоря. Я наклонила голову и выпятила подбородок — эта привычка бесила Эш. — Ну? Вайят, наконец, шевельнулся, но сделал то, чего я совершенно не ожидала.

Он поцеловал меня прямо в губы. Ему пришлось наклоняться, чтобы дотянуться до меня, из-за чего он балансировал на самом краю комода. Не было никакой настойчивости, никакого языка, никаких прикосновений нигде, кроме наших ртов. Сладкий поцелуй с ощущением виски и горчицы. Это приятно. Я не получала удовольствия от поцелуев… вообще никогда. Вероятно, именно поэтому и не влепила ему пощечину.

Я никогда не была милой и нежной. Я становлюсь быстрой и грубой в кладовой с незнакомцем. Так проще.

Все чертовски сложно.

Я сделала два шага назад, но его вкус остался у меня на губах. Вайят сонно моргнул, и я не в состоянии определить выражение его лица. Поэтому стараюсь разрядить обстановку, первое, что приходит в голову, — самоуничижительный юмор.

— Я сказала тебе идти спать, но не упоминала, что собираюсь присоединяться к тебе в постели. Для чего тебе вообще нужно был этот глупый поцелуй?

На его лице появляется хмурое выражение. — Твой поцелуй не глупый.

Я почувствовала, что ступила на опасную территорию. Не считая поцелуя, весь этот вечер балансирует на грани полномасштабной катастрофы. — Я польщена, — сказала я, тщательно подбирая слова. — Но ты все равно будешь моим куратором утром, даже если не сможешь командовать мной еще два дня.

Он кивает, снова сонно моргая.

Я пожала плечами, надеясь,что выгляжу беззаботно. — Кроме того, мы все иногда целуемся по глупости, Вайят. — Мне надоело с ним разговаривать, пока у него в крови столько выпивки. Поэтому указала большим пальцем на кровать. — Итак, спать.

Чудесным образом он соскользнул с комода и приземлился на ноги. Я откинула потертое одеяло и верхнюю простыню. Трумэн рухнул на постель, и матрац жалобно заскрипел. Вайят несколько минут пытался расшнуровать кроссовки, и наконец я решила сделать это за него, чувствуя его пристальный взгляд.

Потом он подтянул ноги и упал на подушку спиной. Я набросила на него простыню и одеяло.

Вайят пришел сюда, чувствуя душевную боль, но будь я проклята, если спрошу, что заставило его так напиться. Это была ошибка. Поцелуй был ошибкой. Для нас обоих лучше, если мы проснемся завтра и никогда больше не станем вспоминать о сегодняшнем вечере.

У двери я остановилась, чтобы выключить свет. И почти закрыла за собой дверь, когда услышала его голос: — Прости.

Не знаю, адресованы ли извинения мне или его собственным потревоженным воспоминаниям, поэтому я молча вышла.

Кисмет сказала, чтобы мы взяли еду и одежду, и все же было странно заходить в чужую квартиру. Без парней — даже я начала думать о них именно как о парнях, а не мужчинах, хотя все трое уже взрослые — квартира казалась пустой. Не ощущалась искра жизни, которая делала это место домом.