Книга Как обмануть смерть, страница 144 – Келли Мединг

Вайят продолжал свирепо смотреть, но его решимость рушилась. Провел рукой по своим коротким волосам, по шее и обратно, чтобы ущипнуть себя за переносицу. Я не двигалась; он должен был знать, что я не буду давить, хоть и решительно настроена получить от него эту информацию. Очень хотела знать, кого он защищает.

— Отлично, — отрезал он. — Хочешь знать, чей отец был убит полукровкой, а его мать и сестра — бродячими охотниками за головами? Тот, кого Собрание кланов считает убийцей, Эви, тот, кого они обвиняют, а ты защищаешь.

Мое лицо обмякло, когда во мне поселилось замешательство. — Руфус?

— Нет, не Руфус. — Что-то зловещее мелькнуло в его ониксовых глазах. — Я.

17:24

Фраза «Напряжение повисло в воздухе» мелькнула у меня в голове, потому что его последнее заявление остановило всю активность в комнате. Он не шевелился. Я застыла. Даже отдаленное гудение электричества и бегущей воды исчезло, сменившись оцепенелой тишиной. Мой мозг отказывался понимать, в чем он только что признался. Я чувствовала тошноту, лишившись душевного равновесия. Серьезно запуталась.

Он моргнул и разрушил чары.

— Ты… — я с трудом сглотнула комок в горле, во рту пересохло. — Ты не руководил нападением на Сансет-террас. Как…

— Кицунэ не поэтому… дело не в этом.

Я закрыла глаза и тяжело выдохнула. Тошнота усилилась, когда я приготовился узнать истинную причину, по которой старейшина Кицунэ обвинил меня в том, что защищаю убийцу. Дело не в убийстве Кони и Страй, это что-то совсем другое. Когда я подняла глаза, Вайят тяжело опустился на один из двух мягких стульев в комнате. Он уставился в пол, сложив руки на коленях. Несчастный.

Я вскрыла гноящуюся рану, потому что не могла избавиться от необходимости контролировать свое окружение и все в нем. Я не могла просто принять его слова; я должна была сама разобраться в фактах. И это открыло мне ту сторону Вайята, которую я никогда раньше не видела и о которой не спрашивала — его прошлое. Он не выпрыгнул полностью сформировавшимся из ямы в земле. Я просто не задавала вопросов о его жизни до триад; он никогда не говорил об этом.

Неубедительно, но все, что я смогла сказать: — Мне очень жаль.

— Ты же знаешь, что это не так. Ты ненавидишь жалость так же сильно, как и я. Не надо меня жалеть. — Он наклонился вперед, упершись локтями в колени. По-прежнему все свое внимание уделяя полу. — Я этого не заслуживаю.

— Тебе было семнадцать, Вайят.

— Меня там не было. Я не мог остановить бойню или спасти родных, потому что меня даже не было там в ту ночь. Я должен был быть там. Мы обещали, что придем к восьми, чтобы помочь с инвентаризацией продуктов, но вместо этого пошли к другу домой.

— Мы? — Я попыталась вспомнить, что он рассказывал мне об этой истории — то, что я думала, было просто краткой историей рождения триад. Но что на самом деле оказалось реальностью его собственной жизни. — Ты и твой брат? — Мне казалось так странно произносить эти слова.

Еще более странновидеть, как он кивает. — Ники… Никандро ненавидел этот ресторан. Ненавидел работать там после школы. Потом его отвращение обрело смысл.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу сказать, что он тоже был одарен, Эви. У него были способности к предвидению, но он не мог их контролировать. Обычно не мог понять, что, черт возьми, он видит и почему. Он сказал мне, что подумал, что его видения о ресторане связаны с нами, что он спас наши жизни, удерживая меня в ту ночь.