Книга Свет, ставший ядом, страница 36 – Елена Инспирати

– Нарушили закон, запрещающий светлым и темным контактировать? Самый строгий закон, нас должны были убить.

– Насчет него не знаю, но ты жива. Твой темный либо не в самом лучшем состоянии, раз до сих пор не вернулся к тебе, либо…

Дэйв не стал договаривать. Он увидел, как тошно мне стало, что я снова разрыдалась, не сумев совладать с эмоциями. От всякой поддержки я отказалась, встав и направившись в свою спальню. Единственное, что я произнесла напоследок:

– Я вспомню его. И верну в свою жизнь.

Не сказала ни слова о том, что мой темный может быть мертв.

Передо мной вновь темнота. Очередное видение больше не пугало, не настораживало. Я ждала его, чтобы восстановить память как можно скорее.

Аккуратно пальчиками провела по телу, нащупала гладкую ткань, обтягивающую талию. Вывод напросился сам: я стояла в свадебном платье. Мои медленные шаги отдавались шуршанием пышной юбки о ворсистый ковер. Ничего не видела, но догадывалась, что находилась дома у родителей, в своей спальне.

– Симпатично, – раздалось за спиной, и я сразу обернулась. – Я бы даже сказал, красиво. Очень красиво.

Запах.

Черт возьми, этот потрясающий запах.

Клянусь, я по-новому влюбилась в него каждой клеточкой тела и во снах, и наяву. Сдержать неумелый флирт и игривость не получилось, поэтому я тут же спросила:

– Нравится?

От волнения у меня сбилось дыхание. На миг мне показалось, что наши взгляды встретились сквозь толщу мрака, но я повернулась к темному спиной, чтобы скрыть красноту, расползающуюся по щекам. Вспомнила, как он покрывал поцелуями мои бедра, и смутилась.

– Не представляешь как.

Именно об этом я мечтала. Чтобы мой муж с упоением говорил комплименты, чтобы не мог сдерживать себя, когда я особенно сильно нуждалась в его восхищении. Как все это посмели у меня отнять?

Многослойное платье прилипло ко мне, когда темный вплотную подошел со спины. Его ладони пробежались по талии, а после принялись медленно расстегивать молнию. Каждое прикосновение отдавалось разрядами тока, будоражило и возбуждало.

– Он может дать тебе свою фамилию, – начал говорить он, обдавая шею горячим дыханием. – Может надеть на палец кольцо и даже украсть поцелуй. Но ему никогда не заменить меня.

Платье соскользнуло, рассыпалось на полу вокруг наших ног, а потом испарилось, чтобы темный мог еще ближе подойти ко мне, вжать мое хрупкое тело в свое, крепкое и сильное. Я была в томительном предвкушении, дышала глубоко и прерывисто, из-за чего сохли губы.

– Или заменить? Может быть, ты уже представляла, как он целует тебя наедине в вашей новой спальне?

Что? Почему он заговорил об этом? Нарастающий жар испарился, когда темный прикоснулся к обнаженной груди, но его кожа стала ледяной и грубой.

– Или как он ласкает тебя?

– Нет! Никогда я не думала об этом!

– Брось, Аврора. – Он толкнулся вперед, в мои ягодицы. – Ты так же смущенно говорила ему о трении, потому что боялась открыто заявить о своих желаниях? Или, раз он твой муж, ты ведешь себя смелее? Отвечай!

– Что с тобой?! – крикнула я, ударив его локтем. Глупый, бесполезный маневр. Темный развернул меня к себе лицом, сжал в тисках рук за плечи и встряхнул.

– Что со мной? Ты предала меня! Ты позволила им стереть все, что между нами было. Вышла замуж без угрызений совести.

– Ты не представляешь, как страдала я!