Книга Право первой ночи для генерала драконов 2, страница 98 – Екатерина Скибинских

— Забудь его.

Я моргнула.

— Что? — Мой голос чуть дрогнул, но я тут же взяла себя в руки. — Ты не понимаешь… Он мой истинный, он не мог просто так оставить меня…

Эрик медленно повернул голову. Я буквально почувствовала, как его взгляд прожег меня насквозь. Ледяной, отстраненный, он уже знал, что скажет, и заранее был уверен, что мне это не понравится.

— Эланира, — произнес он негромко, но в словах звучала странная тяжесть, — неужели ты еще не осознала, что все всех рано или поздно покидают?

Его голос стал ниже, приобрел ту интонацию, от которой внутри становится холодно и пусто, словно кто-то медленно выкачивает все тепло из тела.

— Жизнь — жестокая штука. Не все идет гладко, не все справедливо. Уж кто, как не ты, должен это понимать? — В его голосе небыло ни тени сочувствия, только жесткость и давящая беспросветность. — Разве не потому ты не осталась рядом со своей парой сразу, как только у тебя на теле появилась метка истинности?

Он произнес это спокойно, мертвенно-безжизненным тоном, как заученную истину. Холодно, расчетливо, определенно не веря ни в судьбу, ни в привязанности.

Я разозлилась. Не от слов. От его взгляда. От этого непрошеного, вечно надменного снисхождения.

— Ты не понимаешь! — Я шагнула ближе, чувствуя, как внутри разгорается гнев, растекается по венам, заставляя дыхание сбиваться, а мышцы напрягаться.

Краем глаза я заметила движение. Высоко над нами пронеслась тень. Существа кружили над холмами, их движения были слишком размеренными, плавными, не свойственными обычным птицам. Крылья широкие, тяжелые, их очертания выделялись на фоне закатного неба.

Я прищурилась, напрягая зрение, и кровь в жилах похолодела. Это точно были не птицы.

— Дикие драконы, — лениво пояснил Эрик, проследив за моим взглядом.

Я обернулась к нему, не понимая.

— Какие еще дикие?

Ветер пронесся по поляне, взметнув пряди моих волос. Где-то вдалеке зашелестела трава — природа жила своей жизнью, но сейчас мне казалось, что все звуки вокруг вдруг стали глуше, неестественно далекими.

— Те, что родились без человеческой ипостаси. Или те, кто ее утратил.

Внутри что-то неприятно дрогнуло.

— Как такое возможно?

Эрик пожал плечами.

— Крайне редко, но случается, что по какой-то причине разумная часть растворяется в звериной.

На фоне темнеющего неба драконы казались чернильными тенями — их силуэты пульсировали в закатном свете, движения оставались размеренными, тяжелыми, как у существ, которым некуда торопиться.

— Навсегда? — зачем-то спросила я.

Голос вышел тише, чем я хотела.

— Кто знает, — вновь пожал плечами Эрик. — Я не слышал, чтобы кто-то из диких возвращал себе разум. Но я не так давно попал на драконьи земли, изучал все о них… о нас по книгам.

Он замешкался на последней фразе, будто сам не до конца понимал, кем себя считать. Я медленно выдохнула, заметив его короткую заминку, но мои мысли снова вернулись к главному.

— Я все равно не верю, что он мог меня бросить, — тихо, но упрямо сказала я, вновь глядя Эрику прямо в глаза.

И тут он резко развернулся ко мне.Так быстро, что я не успела отпрянуть, и в следующий миг его рука сжала мое запястье. Под его ладонью вспыхнуло пламя, я испуганно вскрикнула и затаила дыхание, мгновением спустя осознав, что я чувствую.

Жарко. Не больно. Но очень жарко. Я дернулась, но он не разжал пальцы.