Книга Миссия: соблазнить ректора, страница 52 – Ефимия Летова

— Что ж, научные задатки у вас имеются. В отличие от шпионских. Даже мой поцелуй, отрада одинокой старости, вас не стимулирует… Печально и крайне губительно для моего самомнения. Впрочем, я уже понял, как вы превратно представляете себе романтику, так что…

— Не хороните мои задатки раньше времени, — ответила я с поразившим меня же саму упрямством. — Кстати, если принять за рабочую гипотезу то, что всё украденное было делом рук одного человека… что там было-то? Уксусная кислота, спирт и…

— Углекислый кальций, — закончил ректор.

— Да, точно. Для чего этому неизвестному могло понадобиться это всё?

Ректор оглядел меня, и я не поняла выражения его лица. Не насмешка, не тревога… Сомнение?

— Не могу ответить однозначно на данном этапе, — наконец, отозвался он. — У меня несколько вариантов. Но если я прав — будет новая кража. И мне хотелось бы поймать воришку до того, как она произойдёт.

— Поставить охрану? — предположила я. — Сменить замки? Перенести хранилище в другое место? Кстати, у кого есть доступ?

— У меня, Алазии и Кертона. Всё.

— Вы, я так понимаю, вне подозрений… Хотя на всякий случай я бы не стала исключать возможность лунатизма. Но, наверное, где-нибудь на вахте имеется запасной ключ?

— Не имеется, не болтайте ерунду, — отрезал Миар. — Какие быто ни было дубликаты исключены. Это совершенно точно.

На его месте я не была бы столь самоуверенна.

— Возможно, кто-то из преподавателей потерял ключ? — предположила я.

— Исключено. Во-первых, и Алазия, и Кертон регулярно посещают хранилище, а значит, ключи у них есть. Во-вторых… Вы не понимаете, потеря ключа от хранилища — это критическое нарушение дисциплины, это немедленное увольнение!

— Поэтому потерявший будет очень старательно сей казус скрывать.

Ректор гневно мотнул головой, потом обуздал себя, холодно улыбнулся и подал мне руку.

— Уже очень поздно, а вам бы только болтать и жевать, лада Эрой. Я провожу вас до общежития. Да… я думаю, в женском вам будет безопаснее. И всей Академии заодно.

— А мне нравится и в мужском, — не без вызова фыркнула я. — Тем более… там больше шансов услышать интересующую вас информацию. Живее и многолюднее.

— Возможно, вы правы. Только у меня есть одна маленькая просьба…

Я вложила руку в его, точно он приглашал меня на танец. Иллюзия была настолько полной, что в голове почти зазвучала пронзительная струнная музыка.

— Какая?

Почему-то это прозвучало тихо, даже интимно. И Миар инстинктивно тоже понизил голос, продолжая поглядывать на меня. Я некстати вспомнила, что платье грязное, мокрое и рваное. Выгляжу ужасно.

— Отдайте пирожки ладу Барду не сейчас, а завтра? Очень поздно, не стоит бродить по коридорам и искать себе новых приключений. Новую форму вам, так уж и быть, принесут утром. Одно разорение с вами! И постарайтесь больше не бегать за чужими посылками в ночи или хотя бы помыть уши, чтобы лучше слышать. Впрочем… сдаётся мне, что всё вы врёте, адептка. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — растерянно сказала я сомкнувшейся за ректором темноте одними губами, без звука. — Спокойной ночи, Миар.

Юс спал беспокойно, ворочался во сне, посапывал, похрюкивал и попискивал, коробка с пирожками источала немыслимо прекрасные ароматы, а сон никак не шёл. Наконец я сердито села на кровати, плотнее запахнув тончайшую шифоновую комбинацию из нескончаемых запасов Эстея. Может, сейчас самое время наведаться к ректору — прямо так, в этом шедевре швейного искусства? Пожалуюсь на страшные сны о сольпугах, например… Не могу сказать наверняка, но мне показалось, что в нашу последнюю встречу незримая преграда между нами треснула. Мы говорили почти… по-дружески.