Книга Приговоренный многоженец, страница 105 – Александр Владыкин

На небольшие отряды дроу нападали внезапно и моментально всех вырезали. Более крупные группы врагов постоянно подвергались обстрелу из луков. Отойти в сторону, хоть по нужде, хоть из любопытства, для солдата Квентина означало или смерть или плен. Все полянки, на которых противники могли устроить себе отдых, Элениэль заранее «заминировала» своей эльфийской магией и уже к концу первого дня достерцы от них шарахались и обходили стороной. Кроме того, почти сразу удалось захватить обоз с провизией, так что ни ужин, ни завтрак с обедом врагам не светили.

Как я и предполагал, все закончилось на утро третьего дня. Квентин со своей свитой и гвардейцами личной охраны проснулся и обнаружил, что его армия ночью благоразумно своего короля бросила и тихонько удалилась от греха подальше. Так себе поступок, конечно, но для нас он был кстати. Стоянку короля тут же окружили, и Элениэль предложила Квентину сдаться.

Вообще, когда я говорил, что он не должен выйти из леса, я имел в виду более радикальное решение, и представления не имею, что бы я делал с пленным королем, если бы он сам мне не помог. Когда все уже сложили оружие, а моя жена неосторожно повернулась к Квентину спиной, он бросился на нее с обнаженным мечом. Подозреваю, что спятил от всего, что с ним за два дня произошло. По-другому его поступок объяснить нельзя. Потому что из луков дроу стреляют великолепно, и король в мгновение превратился в симпатичного, но очень мертвого ежика.

В наказание за такую подлость Элениэль приказала всех, кто сопровождал безвременно почившего, заковать в кандалы и гнать своим ходом до самого Юма. Пожалуй, это было лишнее, но пенять я девушке не стал. Слишком рад был видеть ее живой и здоровой, да еще и в ореоле победительницы. Кроме того, ей достался такой трофей, который снимал все вопросыо возможности продолжения войны.

А именно — королева Камилла. Эта отчаянная девушка решила составить своему непутевому мужу компанию в походе. Видимо, рассчитывала, что тот это оценит и хоть на бивуаке обратит на нее свое внимание. Пять лет она уже числится королевой, а детей все нет и нет.

Все та же, уже упоминавшаяся мною, будущая Екатерина Великая тоже пыталась с Петром Третьим и в солдатики играть, и маршировать, а потом плюнула, родила сына (вопрос от кого, так и остался в истории до конца невыясненным) и просто удавила. Не знаю, додумалась ли бы до такого напрашивавшегося решения Камилла? Мы ей этого шанса не дали.

Отмыли в Юмиле ее величество вдовствующую королеву Достера, сняли с нее кандалы, подлечили сбитые в кровь по дороге ноги, переодели в чистую одежду и объяснили, что она теперь осталась только вдовствующей, но уже не королевой. И не величеством.

Донесла эту истину до девицы Камиллы великая герцогиня Юма Изабелла. В своей любимой манере — жестко и безапелляционно. А потом растрогалась, что тоже у нее частенько бывает, и взяла под свое особое покровительство. Проняло мою любимую то, что Камилла ей призналась, что до сих пор именно что девицей и остается.

— Замуж ее выдам за кого-нибудь из наших вассалов, — сказала мне Изабелла. — Пять лет этот козел Квентин ее мучил своим невниманием. Представляешь? Да я бы на ее месте… — и не закончила, увидев на моем столе две короны. Короля и королевы Достера.