Книга Приговоренный многоженец, страница 108 – Александр Владыкин

Помост наш стоит на том месте, где обычно по праздникам устанавливают эшафот. Не лучшие аналогии вызывает, но другого места на площади не нашлось. Собственно основная его часть это и есть эшафот. Зачем изготавливать что-то новое, если уже есть проверенное старое? Только обивку сменили — с красной на сочетание фиолетовой и темно-зеленой. Имперские цвета такие же, как в Юме всегда были. Мрачненько, но зато внушает. Сразу всем понятно, какой магии в нелегком деле управления своими владениями будет отдавать предпочтение новый император. Темной. Так что лучше с ним не спорить и выполнять все указы с должным рвением.

Помост двойной. На первом, трех метров высотой, установленвторой — возвышающийся всего на две ступеньки. Изабелла, конечно, хотела поднять его на все десять, но я воспротивился. Не хочу сидеть, как какой-нибудь петух на насесте. На верхнем мы — Справедливейший император с Милостивейшей императрицей. Об этих наших качествах тоже пока никто не знает. Герольд еще о них не объявил. Все впереди. Чуть ниже нас, на основном помосте еще три трона. На них размещаются Диана, Элениэль и Амельда.

Последняя стала моей женой всего пару недель назад, в свой день рождения, чем необычайно гордится. Ни одного лишнего дня ее жених (я — то есть) не мог терпеть больше. Хорошо, что о настоящей причине не догадывается.

— Ричард, — заявила мне Изабелла, которая после рождения Изольды (назвали по ее просьбе в честь матушки моей любимой), полностью посвятила себя подготовке к грядущим торжественным событиям. — Твою свадьбу с Амельдой нужно организовать, как можно раньше. Чтобы на коронацию не наложилась. И, конечно же, до нее.

Ну, тут мотив жены понятен. Если свадьба будет после коронации, то у кого-нибудь может возникнуть искушение считать Амельду императрицей. В первую очередь, у самой этой хитрой кошатины (прошу прощения, пантеры, разумеется). За императора как-никак замуж вышла? А так она станет женой Великого герцога и официально герцогиней. Возражать не стал. Из-за такой мелочи спорить не имеет смысла. Тем более что раз жениться на Амельде все равно придется, то какая разница, когда.

— И с казнями у нас пока ничего не получается, — Изабелла смотрит на меня, ожидая реакции.

Да, тут у нас проблема. В смысле — наоборот. Никаких почти проблем с преступностью в герцогстве нет. Соответственно, и празднично казнить некого. Есть несколько человек в подвале у Роджера. Одних за мелкое воровство стража приволокла на беседу с палачом, пятеро на днях разнесли один из домов терпимости. Устроили драку, не поделив девочек. Первым по десятку ударов кнутом пропишут, вторых и вовсе только оштрафуют в пользу казны за устроенное бесчинство в приличном заведении, да ущерб с них взыщут. Это все для грандиозного праздника не годится. Мелко.

— Отдай мне Мелиссу! — выпаливает, похоже, давно заготовленную просьбу жена. — Я такое придумала, что любые казни перекроет.

А что? Пусть забирает. В конце концов, свои преступления девушка против Изабеллысовершила. Да и любопытно мне, что для моей невесты старшая жена такое особенное измыслит. Вижу по выражению лица, что это будет что-то особенное.

Так… Сейчас у нас, судя по всему, начнется процедура принесения императору и императрице присяги. Это тоже идея Изабеллы. Сделать эту церемонию частью зрелища. Обычно такие вещи проходят в тронном зале. И там ее могут видеть только сами вассалы, которые свои клятвы и дают, да приглашенные почетные гости. А тут весь народ этим важным мероприятием насладится. Пожалуй, вполне достойная замена четвертованиям и запеканиям в медном быке. Ради этого можно и на бывшем эшафоте на морозе посидеть. Впрочем, здесь совсем не холодно — обогревающие артефакты работают на полную катушку.