Книга Приговоренный многоженец, страница 88 – Александр Владыкин

— Все. Хватит предаваться воспоминаниям, — слышу вдруг голос Сигрид и опускаю голову — та лежит рядом со мной уже в человеческом облике. — Передай мне ритуальную рубаху, — просит она.

Отдаю, стараясь не смотреть на обнаженную вдову своего друга. Интересная одежда. И не туника, и не рубаха, а какой-то халатик с запахом из легкого льна, но тело все-таки прикрывает.

— Он не возражает, — произносит Сигрид. — Я это почувствовала.

Странно, но у меня только что появилось такое же ощущение. Будто Хольмаг мне в своей привычной манере сказал: «Да ладно тебе, Ричард. Не будь таким правильным. Сделай это!».

— Сигрид, это Амельда меня вытолкнула в круг, — все-такиобъясняю я Сигрид, как все так получилось.

— Неважно, — отмахивается она. — Как получилось, так и получилось. Давай приступать, — и она ложится на спину.

А я пока мнусь. Поэтому, оттягивая время, задаю вопрос.

— Сигрид, а как твои соплеменники узнают, что у нас все получилось?

— Хвост, — отвечает она, распахивая свой ритуальный халатик. — Люди думают, что он появляется от полученного удовольствия. А на самом деле это признак того, что зачатие совершилось. Сына. С девочками это не срабатывает. Это вам, чтобы это понять, нужно ждать, а мы узнаем сразу. А вот она, — Сигрид указывает на прячущуюся невдалеке в кустах пожилую оборотницу, которую я и не замечал до этого. — Проследит, что хвост появился сам собой и в процессе, а не я совершила неполное превращение. И хватит уже разговоров. Иди ко мне.

Сигрид с силой притягивает меня к себе и впивается в мои губы жарким, каким-то отчаянным поцелуем.

В лесу? На опавшей листве? На глазах у свидетельницы, которая потом еще и расскажет всем, что и как происходило? С женщиной, от которой я должен добиться, чтобы у нее вырос хвост? Как тут сосредоточиться и настроиться на близость?

Но я очень стараюсь, потому что знаю, что от меня сейчас зависит жизнь Сигрид. И я крепко зажмуриваю глаза, чтобы не коситься в сторону соглядатай, не вглядываться, не появился ли у Сигрид этот желанный хвостик.

Наконец, я без сил отваливаюсь в сторону и внезапно слышу истошный, но полный восторга вопль из кустов, где сидит наша свидетельница:

— Анимаг! Это будет анимаг!!! У Сигрид родится анимаг! — и с этими криками она убегает в сторону поселения.

Поворачиваюсь к Сигрид и вижу, как она сначала на моих глазах превращается в снежного барса. Но не почти моментально, как это происходит у оборотней обычно, а постепенно. А потом в одно мгновение снова становится Сигрид. Красивой женщиной с удивительно белыми волосами. И счастливой улыбкой, которая сейчас светится на ее уже привычно для меня суровом лице.

Наше с Сигрид возвращение было по-настоящему триумфальным. Женщина, завернувшись в свой халатик, который теперь почему-то на ней смотрелся не как сомнительная тряпочка, а действительно как тога какой-нибудь римской патрицианки, за два десятка шагов до ворот поселения освободила свою руку из моей и сделала мне неприметный знак, чтобы я слегка отстал. Так что входила Сигрид в поселение в гордом одиночестве, высоко подняв голову и меряя встречающих благожелательным, но при этом высокомерным взглядом. Вот это да! А ведь еще каких-то три часа назад готова была безропотно взойти на костер. Или, опустив голову, идти за мной в лес. А тут просто, ни дать ни взять, королева.