Книга Позолоченная корона, страница 117 – Марианна Гордон

После того как принцесса удостоила Хелльвир разговором наедине, она чувствовала, что за ней наблюдают, замечала украдкой брошенные взгляды, видела, как люди обсуждают ее, прикрываясь хрустальными бокалами. Ей показалось, что она снова очутилась среди деревенских сплетников, и ужасно захотелось убежать с баржи. Хелльвир остановилась на сходнях, оглянулась на танцующих и увидела Фарвора под руку с Калгиром – они проходили под поднятыми руками других людей, выстроившихся в два ряда. Ее брат сиял, не сводя взгляда с рыцаря. Хелльвир перестала хмуриться. Она была рада за него, но слова Салливейн не давали ей покоя. Она задавалась вопросом о том, что именно известно принцессе о ее брате и его господине, какие рычаги давления у нее имеются. Внезапно Хелльвир поняла, что имела в виду принцесса, когда сказала, будто золото для нее утратило свой блеск.

В саду было людно: со всех сторон доносился смех, топот, блестели разноцветные шелка и бриллианты. Все скамейки оказались заняты: парочки целовались, другие гости, собравшись в кучки, горячо обсуждали что-то или грубо хохотали над какими-то шутками. Хелльвир хотелось посидеть в укромном уголке, прийти в себя и обдумать разговор с принцессой, но спрятаться было негде.

Зайдя за большую металлическую статую льва, она увидела открытую дверь. Ей показалось, что эта дверь не предназначена для гостей, но ей было все равно.

К счастью, в коридоре никого не встретилось; вскоре музыка и голоса стихли вдали. Стены были увешаны картинами, изображавшими битвы. Хелльвир заметила в оконной нише сиденье и со вздохом опустиласьна него. Ей хотелось, чтобы Эльзевир сейчас был с ней, но его пришлось оставить дома.

Она сидела, обняв колени, не заботясь о том, что во дворце так, возможно, не принято, и разглядывала левую руку, на которой не хватало двух пальцев. От ее жакета исходил слабый аромат розовой воды.

Почему встречи с принцессой всякий раз выводят ее из равновесия? Каждый взгляд, каждое слово, каждое прикосновение Салливейн заставляли ее сердце биться быстрее, и Хелльвир не понимала, что тому причиной. Она ощутила внезапное желание вернуться на лодку, найти принцессу, извиниться за свой неуместный смех, но мысль о том, что все снова уставятся на нее, воспоминание о холодном, высокомерном взгляде Салливейн заставили ее поежиться.

Услышав шаги, Хелльвир вздрогнула и принялась лихорадочно придумывать извинения на случай, если ее застанут слуги, но, к ее изумлению, в коридоре появился Калгир. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, волосы растрепались, но это его ничуть не портило. Она быстро поднялась, разгладила одежду, но рыцарь жестом велел ей сидеть и прислонился к стене, переводя дыхание.

– Вставать вовсе не обязательно, – сказал он. – Откровенно говоря, меня нервирует, когда окружающие так себя ведут.

– В таком случае, я вам сочувствую – вы нервничаете целыми днями, – заметила она, и Калгир рассмеялся.

– Что-то вроде того. Мой отец тоже терпеть не мог эти формальности.

– Ваш отец…

– К сожалению, больше не с нами. Он погиб во время Войны Волн.

– Простите.

– О, не нужно извиняться. – Рыцарь пожал плечами. – Я его почти не помню, я тогда был еще ребенком. Кроме того… он, возможно, и не любил, когда люди вели себя подобострастно, однако не стеснялся жестоко карать подчиненных и слуг, если они не выполняли его требования. Это я помню.