Книга Зверь на Юге пробудился, страница 75 – Елена Яр

Но когда он вернулся, Эррин встала ему навстречу.

— Я была несправедлива к тебе, Годдард, — сказал она.

— И в чём же? — с прищуром он внимательно наблюдал за ней.

— Ты сделал много чего хорошего, достойного и правильного за время нашего с тобой знакомства. И если судить по этой части твоей жизни, то ты безусловно достоин доверия.

— Но? Звучит так, словно будет «но».

Ей не хотелось продолжать говорить, и Годдрад продолжил за неё:

— Но призрак Виттега не позволяет доверять, так?

— Давай не будем об этом.

— Хорошо. Но знаешь, Рыжик, когда-нибудь нам всё же придётся как следует перетрясти этого призрака. Потому что к Зверю без этого тебе выйти нельзя.

— А если я не хочу?

— Выбора у тебя нет.

Звучало жёстко, да и ощущалось примерно так же. Она кивнула, обхватив себя руками, словно хотела согреться. И это в такой-то жаре.

Теперь их вёл Годдард. Утром он заявил, что уже довольно неплохо чует Зверя и даже может определить направление. Он встал на след, словно ищейка, и шёл к нему уверенно и чётко. Он был в приподнятом настроении, часто, к неудовольствию Эррин, колдовал по мелочам.

Но на вопрос, сколько дней пути им осталось, мужчина ответил уклончиво, так что у Эррин зародились сомнения, так ли хорошо он восстановился, чтобы соблюсти точность.

А ещё они не только продолжили уроки, но и увеличили их частоту. На каждом привале, в любую минуту передышки Годдард давал девушке задания. То небольшие и несложные, то с какой-нибудь заковыристой задачей, а то и вовсе такие, которые она не могла выполнить. Он словно определял пределы её возможностей.

У Эррин уже довольно неплохо получалось выпускать концентрированный удар силы. Но Годдард поставил новую цель — сделать из её парализатора не разовый выплеск, а продлённое во времени действие. Он просил открыть канал, по которому сила текла бы вовне, и не закрывать его как можно дольше. То есть удерживать парализатором кого-то или что-то длительное время.

— Зачем мне это умение? — с удивлением спросила Эррин.

— Я кажется придумал, как нам справиться со Зверем.

— И как?

— Пока не скажу — рано.

— Рано? — Эррин рассердилась. — А когда станет пора? Когда Зверь разинет пасть?

— Я не говорю тебе вовсе не потому, что я такой придурок. Или хочу над тобой поиздеваться. Если я расскажу это, то придётся поведать и многое другое, а ты пока к этому не готова.

— И что это, по-твоему, должно означать?

— Не время. И не место.

Южная жара изменила режим их переходов. Они вставали рано утром, чтобы успеть пройти побольше до того, как безжалостное солнце разжарит всё вокруг. Им, как правило, удавалось найти оазисы из десятка довольно объемных деревьев, чтобы в их тени переждать самые тяжёлые часы. Годдарду даже удавалось в это время немного поспать, но Эррин таким спокойствием похвастаться не могла. Ну а второй переход они совершали, когда диск в небе начинал терять высоту и клониться к горизонту. Спадала жара, и можно было идти, дышать и жить.

Но в учёбе они продвигались очень хорошо. На одной из стоянок Годдард, вопреки установившейся традиции, не встал напротив Эррин, чтобы отбивать еёудары и таким образом определять их плотность и длительность воздействия. Он встал рядом с ней и внимательно смотрел на то, как она дышит.

— Да нормально я дышу!