Книга Зверь на Юге пробудился, страница 76 – Елена Яр

— Согласен, у тебя стало выходить очень хорошо, — похвалил колдун. — Ты это делаешь уже ровно и как будто на автомате.

— Это плохо?

— Это не вариативно. А если условия изменятся? Ну-ка, давай ещё раз!

Эррин прицелилась в дерево, которое служило ей мишенью и начала лить силу. И тут Годдрад неожиданно громко хлопнул в ладоши. Она вздрогнула и покосилась на него. И упустила поток.

— Да ты ж, трещина! — выругалась она, закусила губу и сосредоточилась.

— Ты поняла, что произошло? — спросил Годдард.

— Поняла, — не сдержав раздражения, ответила она. — Я не должна ни на что отвлекаться.

— Верно. Во время схватки со Зверем ты не сможешь быть спокойна и сосредоточена, как сейчас. Ты будешь испугана, дезориентирована. У тебя будет сильно биться сердце и прерываться дыхание. И тебе будет сложно колдовать. Найти момент между двумя ударами сердца и выпустить поток на выдохе будет гораздо сложнее.

— Я поняла, — уже ровнее сказал Эррин. Она злилась не на Годдарда, а на себя. Он всего лишь хлопнул в ладоши, а она дрогнула. — Давай ещё пугай меня!

Он резко вскрикивал, шагал к ней, кидал камешки, но Эррин уже была готова. Она даже не моргала, стоя как камень и лишь пуская волну парализатора.

— Опусти руки, — скомандовал Годдард.

И когда она это сделала, он стремительно приблизился, схватил её в лицо ладонями и поцеловал прямо в губы. Жадно, стремительно. Не успела она даже пальцем пошевелить, как его язык уже нырнул глубже, завоевывая её рот, буквально выбивая почву из-под ног. И тут же всё прекратилось.

— А теперь колдуй! — хрипло приказал он.

Но как колдовать, когда дыхание рвёт грудную клетку, а сердце колотится где-то в районе горла? Эррин упрямо закусила губу и вскинула дрожащие руки. Он был прав, говоря, что сложно вытолкнуть заклинание, когда не можешь поймать то самое лучшее время между двумя ударами сердца. Игнорируя шум в голове и бурю эмоций, девушка вытолкнула парализатор, и он загудел завибрировал вокруг дерева, которое служило мишенью.

— Очень хорошо, — похвалил Годдард. — Молодец!

Она медленно повернулась к нему.

— Сделаешь так ещё раз, и я брошу всю этусилу в тебя.

— Ничего личного, Рыжик, — ухмыльнулся он. — Тебя надо было вывести из себя, а это самый лучший способ.

Она смотрела на него сердито.

— Поверь, дорогая, я это сделал не ради удовольствия.

— Ну да, ты испытывал отвращение, — с сарказмом выплюнула она.

— Конечно, нет. Но будь уверена, если я стану тебя целовать для удовольствия, ты это точно ни с чем не спутаешь.

И обещание, которое ей почудилось в этой фазе, снова бешено запустила её сердце.

— На сегодня хватит занятий, — резко бросила она и отвернулась.

Все другие тренировки она подспудно ждала новой провокации, но каждый раз обманывалась. Когда всё заканчивалось, она вздыхала с явным облегчением. Но где-то глубоко внутри горел маленький огонёк, который она упорно игнорировала. И он звался «разочарование».

Бесконечная равнина начала сменяться холмами, а то и каменистыми выходами. Зелень стала гуще, темнее по цвету и жёстче на ощупь. Ноги уже не вязли в песке, реже приходилось его вытряхивать из обуви, да и воздух как будто бы стал более влажным.

Но самые разительные перемены произошли в Годдарде. Он застыл.

Нет, он ходил, разговаривал, ел. Но словно через силу. Как будто его опять заморозили и забыли отогреть. Он почти перестал улыбаться, шутить и расслабляться. Иногда Эррин ловила на себе его внимательный взгляд, то никак не могла расшифровать. Словно причиной его такого странного состояния могла быть она.