Книга Герцогиня в изгнании, страница 68 – Диана Дурман

К моему глубочайшему сожалению на месте я с Сейш за спиной оказалась слишком быстро.

Перед входом в комнату с ненавистным мужем пришлось немного притормозить, чтобы проверить в порядке ли одежда и не торчат ли волосы во все стороны. Будь Этерия хоть немного проще, мне не пришлось бы придавать столько внимания внешнему виду. Но, приходится работать с тем, что есть.

Вилейт всё также сидел в кресле, но вид у него был ещё более недовольный, чем до моего ухода. Муж не сводя глаз с прилично потрескавшейся пластины мрамора на стене, отбивал пальцем на подлокотнике какую-то слишком похоронную дробь, и мне пришлось лихорадочно вспоминать, не нанесла ли я ему каких-то слишком явных оскорблений. Мне плевать на его чувства, но гордость аристократов нередко становилась причиной для войны. А мне пока сражаться с этим человеком никак нельзя.

Присев на прежнее место я расправила подол платья и жестом велела Сейш поставить поднос на столик и выйти за дверь. Суккуб, не удержавшись, стрельнула глазками в сторону Вилейта, заметила отсутствие интереса с его стороны и, разлив чай, гордо вздернув носик, удалилась из гостиной.

Дождавшись, когда герцог возьмёт чашку первым, последовала его примеру — проклятые правила приличия по странному совпадению ущемляли по большей части именно леди. Но кто я такая, чтобы идти против многовековых традиций. Я всего лишь некромант, планирующий сровнять империю Валлис с землей. И пока планы не осуществились даже на половину, мне остаётся покорно играть роль отверженной всеми герцогини.

Сделав глоток, Вилейт как-то странно посмотрел на чашку и отставил её подальше. Неужели подумал об инородных ингредиентах? Поздно что-то он спохватился. Есть яды, которым достаточно просто попасть на кожу. Или мы попросту напортачили с чаем?

Пригубив напиток, убедилась в его идеальности — он был лишь немного слаще положенного. Насыщенно-янтарная жидкость приятно согрела желудок, распространяя тепло по всему телу, а приятный вкус осел на языке. Однако видимо у Вилейта более притязательный вкус.

После моего возвращения разговор как-то не клеился. Мы то и дело сталкивались взглядами, но я продолжала спокойно пить чай и молчать — гостеприимство проявлено, а развлекать герцогаразговорами мне не с руки.

— Здесь слишком тихо, — вдруг сказал Вилейт, посмотрев в высокое окно, за которым с новой силой опускался туман. В его тоне не было упрёка или намёка, что именно мне надо заполнить эту тишину. Кажется, он просто имел в виду окружающую нас атмосферу.

Вот только настроение моё было далеко от хорошего, потому я холодно заметила:

— Я не шутила когда говорила о том, что вам здесь будет скучно.

На языке вертелся вопрос “может, вы уже вернетесь в столицу?” и мне с трудом удалось не озвучить его.

— Как же ты коротаешь дни в этом месте? — спокойно спросил Вилейт, не поддавшись на провокацию. Он положил одну руку на подлокотник, а вторую расположил так, будто у него на поясе эфес меча и он готов выхватить его в любой момент.

Посмотрев поверх чашки в голубые глаза мужа, сделала глоток, и, громче положенного стукнув дном чаши о блюдце, с наигранной улыбкой уточнила:

— А у меня большой выбор? — после чего ответила заученными фразами: — Вышивка и изготовление косметических средств помогают чуть оживить однообразные дни. Но почему вы спрашиваете?