Книга Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала, страница 10 – Екатерина Гераскина

Сдобное тесто, которое раньше так радовало своим вкусом, теперь казалось безвкусным и тяжёлым на языке.

Я пыталась прожевать и проглотить, но каждый кусочек давался с трудом.

Мама смотрела на меня с беспокойством, её глаза внимательно следили за каждым моим движением.

Я сделала глоток ромашкового чая, надеясь, что он поможет успокоить желудок, но стало только хуже.

Тошнота нахлынула с новойсилой, и я резко вскочила со стула, бросившись в туалет.

Добежав до ванной комнаты, я едва успела наклониться над раковиной, как меня начало тошнить.

Казалось, что желудок выворачивался наизнанку.

Когда приступ наконец ослаб, я тяжело дышала, держась за края раковины. Прополоскав рот холодной водой, я взглянула на своё отражение в зеркале.

Моё лицо было бледным, губы слегка подрагивали.

За моей спиной стояла мама, её лицо выражало глубокое беспокойство.

— Лис, что с тобой? Ты в порядке? — её голос дрожал, в нём звучали нотки паники.

Я попыталась выдавить из себя улыбку, но она вышла слабой и натянутой.

— Наверное, я отравилась, — вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Моими булочками? — покачала головой мама, словно наверняка исключая этот самой факт. — Лис, я сейчас у тебя кое-что спрошу. А ты, пожалуйста, ответь, — осторожно начала мама.

— Конечно.

— Милая, вы были близки? — её голос был тихим, почти шёпотом.

Кажется, я покраснела. А потом медленно кивнула, ощущая, как в груди растёт тяжёлое чувство.

Воспоминания о ночах с Торгардом, когда мы были вместе, всплывали в голове. Я была так уверена в нашей любви, что даже не подумала о последствиях. Но ведь мы предохранялись или…бездна подери.

А когда у меня последний раз были женские дни?

Я побледнела. Ведь думала, что из-за нервов у меня сбился цикл. Все-таки экзамены, переживания, а потом и вовсе ничего не отслеживала.

— Мам, кажется я идиотка.

— Выдохни, Лис. Нам нужно убедиться, — сказала мама, беря меня за руку и выводя из ванной. — Ты должна сделать тест.

Мама усадила меня на мягкий диван в гостиной.

— Сиди тут. Я быстро схожу в аптеку.

Я отупело смотрела в стену и думала как такое может быть. Приложила руки к плоскому животу. Тор ведь пил зелья, ему как наследнику рода положено это делать. У него в семье все строго в этом плане.

Впрочем, как и у любого аристократа. Никому не нужны бастарды в обход брака.

Вскоре мама вернулась. Ее светлые волосы растрепались и кое-где вылезли из косы. Бирюзового редкого цвета глаза сверкали. Она как ураган ворвалась в дом, сжимая плотный бумажный пакет.

Опустилась рядом со мной и снова сжала мои руки. Потом передала пакет.

Я встала и молча отправилась в ванную комнату. Закрылась там.

Каждая секундаказалась вечностью, и сердце замирало в груди от ожидания. Наконец, я взглянула на тесты.

Все они показали одно и то же.

Я открыла дверь. Мама меряла шагами узкий коридор. Она резко развернулась, ее голубое летнее платье хлестнуло по коленям.

— Ну что?

По моему лицу и так было все очевидно.

— Я беременна, мам, — сглотнула вязкую слюну.

Не могла поверить своим глазам, но результаты были ясны. Моя голова закружилась, и я почувствовала, как пол уходит из-под ног. Мама поддержала меня, когда я едва не рухнула.

— Лис, — её голос был тихим и успокаивающим. — Всё будет хорошо. Мы справимся с этим.

Я смотрела на неё, пытаясь найти в её глазах утешение, и поняла, что несмотря на всю сложность ситуации, я не одна.