Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 100 – Дмитрий Арканов

— Канешн! А чё тут сложного. Во! — Виктор схватил гитару, как автомат.

Мику засмеялась.

— Конечно же, неправильно. Так ты руками гитару держишь, а тебе ими играть нужно.

И урок для отрока начался. А я, временно лишившись наставника в лице Мику, взял с полки первую попавшуюся книжку. На обложке было написано «Самоучитель игры на балалайке».

— Первое, что мы делаем — проверяем, настроена ли гитара… — Мику принялась объяснять азы.

— Э, а когда я играть буду? — нетерпеливо спросил Виктор.

— Один момент!

Мику с расторопностью подкрутила колки, сравнивая звучание струн, однако за эти несколько секунд Токарев успел изъёрзаться на стуле, словно вшивый:

— Ну⁈

— Готово! Бери гитару.

Токарев закинул ногу за ногу, чтобы было удобней держать инструмент. Мику начала усаживать его так, как ей казалось правильным. И тут я заинтересовался всерьёз. Получалось, что если держишь гитару правильно — руки могут двигаться гораздо быстрее. Вот она, беглость рук, которой мне всегда не хватало. Ах, если бы у меня была в своё время такая учительница…

Мику объясняла Токареву, что такое лады и каким нотам какие струны соответствуют, а он мучительно кивал, стараясь запомнить. Она, прислонившись к его спине, помогала найти пальцами нужные точки, где зажимаются струны для пресловутых блатных аккордов.

«Эге! А ведь на его месте должен быть я!» — какое-то странное чувство неприятно кольнуло в сердце.

«Это что, ревность?»

Казалось, Мику была готова втолковывать неразумному ученику простейшие приёмы целую вечность, но у Токарева неожиданнобыстро кончилось терпение.

— Ай, всё! Я больше так не могу. Не получается!

Мику была расстроена едва ли не сильней Токарева.

— Подожди! Но ты занимался всего ничего, каких-то пять минут! Нельзя вот так бросать, толком не поучившись!

— Да ладно, подумаешь! И вообще, меня футбол ждёт, — за хвастливым тоном в голосе Токарева слышалась досада. Не зная, куда деть гитару, он всучил её Мику и убежал сломя голову.

— Семён, наверное, из меня плохой учитель… — Мику грустно опустила глаза. — Признайся, ты ведь тоже, наверное, хочешь заняться чем-нибудь более интересным. А не сидеть тут со мной…

Я не мог не отметить, с какой лёгкостью это малозначительное происшествие повлияло на её настроение и на отношение к самой себе.

«Как наивно. Даже слишком.»

— Неправда, у тебя очень хорошо получается, просто кое-кому не дано ни терпения, ни ума довести начатое до конца, — возразил я. — Определенно, для меня вообще не может быть лучше учителя, чем ты! И это я говорю совсем не потому, что хочу понравиться тебе. Я правда так считаю! Я в прошлое занятие смог не только вспомнить, что знал, но и новому научился. И я тебе очень благодарен, что вчера ты не стала указывать на все мои ошибки сразу! Ты вообще учишь, кроме того, что хорошо, еще и… ласково, — я засмущался такой откровенной оценки, и поспешил продолжить: — После твоих объяснений Токареву, я понял, что мне тоже нужно учиться держать гитару!

Мику прямо расцвела у меня на глазах.

— Ах, Семён! Спасибо! Я очень рада это слышать! Конечно же, давай отработаем твою посадку!

И Мику окружила меня заботой и вниманием. Она показала отличие вывешенной кисти и полусвободной, как зажимать гитару между плечом и коленом так, чтобы левая рука могла бегать по грифу, а предплечье правой ничто не сковывало. И всё это с деликатными прикосновениями, дыханием в шею и плотным контактом при показе техник перебора и боя для правой руки.