Книга Долг Короля, страница 188 – Риссен Райз

— Не переворачивай с ног на голову, ты знаешь, что я имею в виду. Угадай, что не так ты сделала в истории с Рейко?

Рин нахмурилась и глубоко задумалась.

— Отпустила Анхельма одного и сказала ему идти в контору. Этого нельзя было делать. Мне нужно было сказать ему, чтобы ждал под окнами, когда я разберусь. Но тогда бы он попал в руки Рейко еще раньше, ведь она ждала где-то там, поблизости… Она же убила губернатора.

Фрис смотрел на нее устало и недовольно.

— Глупая, — резюмировал он. — Не то! Тебе нужно было положиться на Ладдара и попросить его прийти с тобой в полицейский участок. Твоя вечная ошибка в том, что ты постоянно взваливаешь на себя слишком много. Твоя ошибка во фразе «я сама».

— Я не могла его взять с собой! — возмутилась Рин. — Иначе они бы поняли, что у нас есть козыри в рукавах!

— У Ладдара, конечно же, на лбу написано, что он разрушитель Смерть несущий. Девчонка, он мог тебе помочь и хотел тебе помочь, но ты отказалась.

— Но он не убил никого из нападавших! Это я всех… А он никого.

— Я знаю. Он не может убивать. Он может забирать жизненную энергию, высасывать ее, но убивать — нет.

— Забавно. Смерть не может убивать, — хмыкнула она со смешком, а потом задумалась, кое-что вспомнив. — А ну-ка погоди… Тогда, в Соринтии, когда мы только встретились, Фрис, Кастедар ведь немог меня убить, верно? Так вы мне спектакль устроили?

Фрис только глаза закрыл. Рин все мгновенно поняла и накинулась на него с кулаками.

— Ах ты! Ты!.. Ну Фрис, ну зараза! Да чтоб вас обоих!.. — тут Рин употребила несколько непечатных конструкций из лексикона солдат, которые в целом описывали глубину вины Фриса, неожиданный взгляд на его происхождение, а также оценочное суждение эмоционального и психического состояния самой Рин после тех неблагопристойных манипуляций, что келпи и демон проделали с ее мозгом.

— Ну знаешь… — выдохнула она, устав молотить его. Рин, конечно, не била его всерьез, это, скорее, было для выпуска пара. Она не думала, что вообще способна применить к нему свою настоящую силу. — Фрис, вот как, скажи на милость, я могу тебе верить? Как только мое доверие к тебе начинает укрепляться, как только я начинаю считать тебя нормальным, как ты идешь и делаешь что-то такое, что восстанавливает твою репутацию!

Фрис схватил ее и прижал к себе. Рин сердито забрыкалась и укусила его за шею, но он не выпустил.

— Я не должен был позволить тебе стать его другом. Ты бы непременно подружилась с ним, так что считай этот спектакль моей ревностью. Рин, ты всегда можешь мне верить. Я никогда тебя не предам. Амира же сказала тебе верить без оглядки.

— С тебя торт. Два. Нет, три, — пробурчала она. — И тогда я тебя прощу. Может быть.

Фрис коротко рассмеялся и стиснул ее сильнее. Он уткнулся носом в ее волосы, вдохнул полной грудью и проговорил с невероятной нежностью в голосе:

— Маленькая моя, как мне хорошо с тобой! Ты не представляешь, как я тосковал без тебя. Как больно мне было видеть тебя с тем пустым взглядом…

Как она могла злиться, когда он говорил таким тоном? Рин обмякла. Впрочем, не настолько, чтобы тут же не ответить мстительно:

— А я была вполне счастлива, знаешь ли. Я танцевала, ела вкусности, ходила по магазинам, носила красивые наряды, и у меня не было всех этих бед и проблем. К тому же, у меня появились ухажеры, и мне не хотелось их отталкивать.