Книга Тома далеко от дома. Как накормить головорезов, страница 32 – Аврора Берева, Ксения Рева

— Прекрати, — вырываю свою руку. — Твои слова звучат, как полный бред.

— Но ты же видела…

— Я сказала, что они звучат, как бред, — поправляю парня. — Но не сказала, что это реальный бред. И да, я уже успела заметить эту непонятную особенность. Сначала мне показалось странным, что ты так отреагировал на обычный лук, да и после Зара тоже смотрела на меня с подозрением, поедая омлет.

— Омлет, — загораются глаза Чина. — Я тоже хочу омлет. Если он такой же вкусный, как калой, то…

— Как может омлет по вкусу напоминать лук? — обрываю парня. — Там куча ингредиентов. Главный — яйца. Молоко еще добавляют, кто-то сливкинежирные, но я предпочитаю классику, без всяких добавок. К тому же продукты у вас тут… Ну, я думала, что они у вас тут хорошие.

— Да нормальные здесь продукты, — отмахивается Чин. — Люди вон покупают и ничего. Но по-настоящему отличные надо искать в центре города. На другом базаре. Там и цены другие, и качество. Ты ведь не думаешь, что калой бывает только острым и горьким. Есть такой же сладенький, как я пробовал из твоих рук. Но чтобы его добыть, нужно больше золота. Вот и приходится местным довольствоваться вторым сортом.

Мда. Получается дискриминация какая-то. Хотя мне не стоит удивляться. В моем мире подобное неравенство всегда было. Пусть люди и говорили, что нет, но все прекрасно было видно. Получается и этот необычный мир тоже погряз в классовых различиях. Теперь еще больше чувствую себя как дома.

— Если все и правда так, как ты говоришь, — смотрю на Чина серьезно, — то нам нужно молчать. Никому не станет лучше, если посторонние узнают об этой моей способности. Которой может и не быть. Просто стечение обстоятельств и влияние планет на твои вкусовые рецепторы.

— Что? — парень недоуменно хлопает ресницами.

— Забей, — нет времени ему разжевывать. — В общем, о том, что произошло на базаре, молчи. Никому ни слова. Ни единой душе.

— И даже тете нельзя сказать?

— Если она и правда такая умная, как ты говоришь, то сама уже все поняла. Не зря же назначила меня поваром в своей забегаловке.

— Да, но что, если она на самом деле не знает, а только догадывается? — не сдается Чин. — А мы станем скрывать от нее то, в чем уверены. Считай, мы могли бы подтвердить ее догадки, но не сделаем этого. Получается, мне придется ей врать, если она будет спрашивать. Что если…

— Ты всегда так много болтаешь? — сжимаю пальцами переносицу.

— Всегда, — кивает парень. — Тетя говорит, что это моя особенность активируется, когда я чувствую опасность. Начинаю нервничать, и рот просто не закрывается.

— Да ты и без нервов много болтаешь. Ладно, если тебе станет легче, то можешь рассказать Заре. Но только не перед всем честным народом. Я не собираюсь становиться объектом пристального внимания. А если вспомнить контингент, который к вам захаживает…

— У нас нормальные посетители. Немного специфические, — соглашается Чин. — Но, поверь, ты к ним привыкнешь и дажезамечать ничего не будешь.

— Надеюсь. В общем, можешь сказать Заре, но больше никому.

— А Рыку? — Мне хочется завыть от глупости собеседника. Почему он не может понять элементарное?! — Я ему обо всем рассказываю, — по-своему понимает Чин то, что я массирую виски. — Мы же дружбаны. Он мне много, где помогает, да и вообще…

Выставляю руку перед собой, призывая парня замолчать.