Книга В плену синих роз, страница 45 – К.О.В.Ш.

– Через пару часов спрячемся в скале и закроем вход валуном. Змеи туда точно не заползут, да и туман не должен просочиться. Переждем ночь и будем надеяться, что не уснем.

– А если не сработает?

– Тогда уснем до утра, но, по крайней мере, змеи нас не тронут.

– Мне не нравится, что дуб останется без присмотра.

– Вряд ли он интересен змеям, – Лотос говорила спокойно, но внутри все сжималось от напряжения.

Это юное дерево было их единственным шансом к безболезненному побегу с острова. Не хотелось рисковать им.

– Почему круг первородных так поступил с тобой, палач? – Безликий все же озвучил вопрос,который не давал ему покоя. – И где ты была два года до ссылки сюда?

– Не твое дело!

– Что будешь делать, когда выберемся? У тебя сейчас ни армии, ни замка. Ничего, кроме меча.

– Не твое дело, – с нажимом повторила Лотос. – Лайзы мне более чем достаточно.

– Достаточно против кого, палач? – Безликий обернулся к ней, встречаясь лицом к лицу. – Ты слабая. Я говорил тебе: ищи сильных слуг и союзников, иначе они все сдохнут, как Арго. Так и вышло. С таким раскладом сама быстро развеешься в вечности.

Голубые глаза Лотос вспыхнули пламенем от злости и уставились на самодовольную рожу. Она пыталась выжечь его улыбку, да только без толку. То ли его маска позволяла выдерживать ее смертельный взгляд, то ли на него ее жуткие глаза не действовали, но черные прорези маски смотрели на нее в упор, а рот растягивался в широкой улыбке.

– Тебе не все ли равно? – холодно спросила она.

Лотос не могла понять, почему он вообще ею интересуется. Какой у него мотив? Что ему нужно? И сможет ли она противостоять его замыслам?

– Не все равно, – неожиданно спокойно сказал Безликий. – Демонам нужен палач, особенно первому кругу. Только ты сдерживаешь этих монстров от нарушения сделок, вседозволенности и разрушений. Лишь твоя сила палача может сдержать такое чудовище, как я.

Лотос сглотнула, ощущая, что в горле пересохло. Ей даже показалось, что впервые за всю свою бессмертную жизнь она испытала настоящую жажду, как какая-то человеческая девушка, но на самом деле у нее внутри все горело от его слов. Эта речь не подходила Безликому. Он всегда смеялся, называя ее слабой, а сейчас объявил ей, что она ценна для круга. И для него.

– Что насчет твоего секрета? Кажется, ты хотел убить меня за то, что я увидела твое лицо? Ты же за этим пришел сюда?

– И вот мы добрались до сути, – серьезно сказал Безликий, встав в полный рост и возвышаясь над ней. – Я не хочу тебя убивать, палач. Ты нужна первому кругу. Поэтому говори, что ты хочешь в обмен на молчание о моем лице?

Лотос захотелось рассмеяться от его слов. Нужна она, как же!

– Семеро из тринадцати первородных пытали меня почти два года и развеяли бы в вечности, если бы не предостережение Кейси о том, что тот аристократ, который убьет меня, сам погибнет в муках. Давай, скажи мне, как сильно я нужна кругу! Испугались стереть меня в порошок своими руками,так забрали все, что смогли, и засунули сюда, надеясь, что я от безысходности уничтожу свое истинное оружие. Я ничего не хочу в обмен на твой секрет, Безликий. Я скорее умру, чем скажу им хоть что-то. Презираю всех первородных. Вы все одинаковые!

От злости Лотос выпалила то, что не собиралась ему рассказывать. Она в тысячный раз задалась вопросом: почему хаос сделал палачом именно ее? Лотос все ненавидели и пытались если не убить, то хотя бы ранить посильнее. И все это лишь за то, что хаос вершил правосудие ее руками. Она не просила об этом, но именно ей выпала роль карающего меча. И поэтому она была вечным изгоем.