Книга В плену синих роз, страница 63 – К.О.В.Ш.

– Не зря мне не понравился этот тип. Говорю же, морда противная, – вздохнул Теон. – А ты слышал, что у нас теперь нейтралитет с палачом? Немыслимо! Я же собирался поквитаться с ней за Безликого, а он приказал всем ее не трогать. Великодушие нашего повелителя безгранично, – продолжал болтать Теон.

– Ты когда-нибудьзамолкаешь?

– Я делюсь новостями с товарищем.

– Я тебе не товарищ!

Две недели спустя

Лотос стояла посреди площади, где больше двух лет назад танцевала с Безликим. В свете дня город выглядел совсем иначе – сейчас тут кипела торговля. Смертные носились по площади, словно встревоженные пчелы в улье: кричали, заключали сделки, шумно ссорились и бурно мирились.

Губы демонессы тронула легкая улыбка. Когда Безликий спросил ее, зачем она пришла на праздник, она назвала ему одну из причин. Во второй она бы ни за что ему не призналась – он бы поднял ее на смех, но… Она питала слабость к людям.

Их жизнь – короткий миг, песчинка в вечности, но какой яркой она была. Как горячо и отчаянно бились их сердца. Лотос слышала их стук со всех концов площади. Вот влюбленный спешит на встречу к возлюбленной, и с каждой секундой биение двух сердец ускоряется. Вот малыш испугался прохожего и спрятался за юбкой матери, – его сердечко стучит часто-часто, словно у крольчишки. Вот пожилая дама бранится на сорванца, потрясая кулаком, и ее сердце бьется медленно, степенно, словно чувствует, что вскоре ему суждено остановиться.

Смертные завораживали Лотос. Они рожали детей, чтобы оставить после себя след, отчаянно сражались за то, что было дорого их сердцам, созидали и строили, даже не зная, увидят ли результат своих трудов. Аристократы презрительно называли их пылью под ногами, а Лотос находила очаровательными. И больше всего она любила людской смех: искренний и звонкий. Демоны на такой не способны.

Когда в твоем распоряжении вечность, все видится иначе, победы не приносят радость, ведь невозможно забыть, какой ценой они дались, а печаль гложет тебя веками и никогда не утихает до конца. Лотос до сих пор скучала по Арго и знала, что эта тоска останется с ней на века. Бессмертные живут долго и помнят долго, в отличие от людей, чья память еще короче, чем быстротечная жизнь.

И все же в каждой из этих жизней был смысл.

Лотос наблюдала за смертными и по-настоящему гордилась тем, что спасла город от Безликого. Она единственная из всех считала, что появление геенны – справедливое наказание для демонов за то, что разрушили Помпеи. И надеялась, что после урока, который преподал им хаос, демоны станут чтить клятву, которую дали на балу перемирия.

– Нужен баланс, – прошептала Лотос, стирая с лица улыбку.

Она почувствовала присутствие Безликого за мгновение до того, как он появился на другом конце площади. Высокий и мощный, он выделялся среди всех не только телосложением, но и одеждой в его излюбленных черно-золотых цветах, которая разительно отличалась от той, которую носили горожане. Его маска сверкала в лучах полуденного солнца.

Разумеется, сейчас он не потрудился хоть сколько-то соответствовать окружению.

– Показушник, – буркнула Лотос и двинулась к нему, твердо решив, что, как только получит то, о чем они договорились, сразу уйдет. И попытается забыть все, что было между ними.

– Приветствую, Безликий.