Книга Синие бабочки, страница 133 – Джек Тодд

– У вас двадцать минут, – бросает она недовольно и садится напротив.

Что ж, звонить и впрямь придется адвокату: разговор с моей милой музой под надзором равен самоубийству, а закапывать себя я пока не планировал. Остается надеяться, что дорогая Ванда действительно так хороша, как я о ней думаю. Да нет, к чему надежда? Я в ней уверен.

Это ее шанс показать себя.

Удиви меня, милая, и я брошу к твоим изящным ногам весь мир. Докажи мне, что с ума схожу не только я, и мы вместе покончим со Стилтоном. Дай мне то, чего не могла дать ни одна другая, и нас уже никто не остановит. Даже закон, если ты хорошо попросишь.

И я с кислой улыбкой набираю номер знакомого адвоката, хотя и знаю, что работать вместе нам едва ли придется.

Муза

Наш чат с офицером Смолдером выглядит бедно и блекло: одно единственное сообщение – и то пересланное из переписки с Ридом голосовое. Но я смотрю на него уже битый час, надеясь, что вот сейчас-то детектив ответит. Или, может быть, в верхней части экрана всплывет сообщение от Рида. Мне хватило бы и пары слов, только бы узнать, что с ним все в порядке. Насколько, интересно, может быть в порядке убийца посреди полицейского участка?

Я нервно усмехаюсь и вновь начинаю ходить по комнате кругами. На лекциях меня сегодня никто не видел, но и черт бы с ними. Пусть профессора думают, будто меня сильно подкосила история с фотографиями и травля однокурсников – настолько, что теперь я боюсь показываться на глаза другим. Боже, я и думать о них забыла, едва Майкл проболтался насчет Рида.

Пытаясь пролистать чат, будто от этого там быстрее появится сообщение от офицера, я случайно попадаю по кнопке «Воспроизвести», и комнату наполняет хрипловатый и донельзя громкий голос ректора Стилтона. Черт, а я и забыла, с каким остервенением он пытался заставить меня дать показания против Рида. Так старался, а толку в итоге никакого. И уверенность в том, что фотографии слил именно он, а не Генри Тейлор, только растет: у Тейлора уже было все, чего он так хотел, ему просто незачем устраивать подобное шоу.

Как же низко Стилтон пал в моих глазах: из благодушного старика с неуместными шутками превратился в слизняка, готового на все, только бы спасти свою толстую шкуру. Урод. Я выключаю звук на телефоне и сажусь на кровать, но это не помогает. Меня потряхивает изнутри, а руки так и чешутся сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь Риду. Когда-то он спас меня, и теперь я хочу отплатить ему тем же. Если кто-то в чертовой академии Белмор и заслужил спасения, то это он.

Думай, Ванда, думай. Что такого могли наговорить полиции, чтобы его арестовали? Наверняка ректор давил на то, что Рид угрожал мне. Или на то, что это он ранил меня в прошлом месяце, а не святая Джессика Купер. Допустим. Однако этих обвинений недостаточно. Черт, и почему я поступила на архитектурный, а не куда-нибудь в академию ФБР? Тогда уж точно что-нибудь сообразила бы, а так что я сделаю? Начерчу план Белмора?

Нет. Но кое-что я все же могу. Плевать, что там наплел полиции Стилтон и кого заставил врать в лицо офицеру, я все равно могу принять его правила игры и, если мне повезет, обставить его.

Я подскакиваю с кровати и подлетаю к шкафу, нахожу среди вещей небольшую картонную коробку и достаю плотные конверты из крафтовой бумаги: кое-где на них виднеются засохшие пятна крови, один немного помялся, но это не главное. Главное, что там, внутри, лежат драгоценные подарки от Рида.