Книга Синие бабочки, страница 26 – Джек Тодд

– Я тебя понял, Уильямс, – говорит он уже куда спокойнее, потирает виски и явно проглатывает все то, что хотел высказать. У него прямо на лице написано, как он мечтал поставить выскочку с первого курса на место и обломался. – И раз уж мы так и не познакомились, давай с этого и начнем: Генри Тейлор, староста архитектурного факультета и, к несчастью, первого курса.

– Ванда, – в тон ему отвечаю я, – не могу сказать, что знакомство приятное. Ты всех девчонок шлюхами при знакомстве пытаешься обозвать?

К нам, спустившись со сцены, подходит еще одна девушка, и Генри лишь сверкает глазами в мою сторону. Что, хотел еще пару ласковых сказать? Так валяй, чего стесняться, едва ли ты сможешь меня задеть, золотой мальчик.

Но вслед за девушкой со сцены спускаются преподаватели с ректором, так что нашему короткому знакомству приходит конец. Что бы ни хотел сказать Генри Тейлор, узнаю я об этом, только когда мы встретимся где-нибудь в кампусе, и наверняка еще пожалею обо всем, что позволила себе ляпнуть. Не жили хорошо, нечего и начинать, правда, Ванда? Надо же было так вляпаться в первый день.

– Не задерживайтесь, не задерживайтесь. – Ректор подталкивает нас троих в сторону дальнего здания. Наверное, это и есть жилой корпус. – До комендантского часа всего сорок минут, а первокурсникам нужно еще адаптироваться. Мистер Тейлор, вы же и так прекрасно все это знаете.

– Виноват, профессор, – неискренне улыбается тот. – Не переживайте, сейчас я провожу девушек до общежития.

– Вот и замечательно, – говорит ректор Генри, а затем поворачивается к зеленоглазому мужчине: – А вы, Эллиот, задержитесь еще на пару минут. У меня есть пара правок к вашему расписанию.

Черт, могла бы и сама додуматься. Все вокруг болтают о том, что меня рекомендовал к поступлению профессор Эллиот, а этот мужик весь вечер не спускает с меня взгляд и улыбается – чего проще сложить два и два. Да и Генри смотрел на него с такой опаской, словно мог вылететь из академии за одно неверное слово в его сторону.

Или в мою.

Только кто он такой? И какого черта ему от меня надо? Откуда он меня знает?

В горле встает знакомый ком, тело пробивает мелкая дрожь, а дыхание учащается – точно так же, как и месяц назад, когда жизнь перевернулась с ног на голову. Генри что-то болтает и показывает в сторону общежития, но я к нему не прислушиваюсь. Прямо на ходу запихиваю устав и ключи в сумку и достаю телефон, но у меня ни новых сообщений, ни пропущенных. Ничего.

Но так и должно быть, правда? Я сменила номер, теперь ни один сумасшедший меня не достанет. И едва ли психопат с бабочками, кем бы он ни был, – профессор в дорогущей закрытой академии. Так не бывает. Психи не учат людей, это все равно что представить убийцей заботливого психолога.

Все в порядке, Ванда. Ты в безопасности. Ты далеко.

Общежитие встречает нас холлом с высоким расписным потолком и резными деревянными панелями на стенах, и на мгновение я отвлекаюсь от собственных мыслей. До чего же здесь все-таки красиво: от висящих на стенах репродукций картин знаменитых художников до высоченных колонн с лепниной. Я словно попала в настоящий замок, вот только принцесса из меня не вышла.

– Твоя комната на втором этаже, Уильямс, – кивает в сторону широкой мраморной лестницы Генри. – Живешь вместе с Холт, она второкурсница, как-нибудь посвятит тебя в курс дела.