Книга Поддайся искушению, страница 154 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

– Мистер Рид? – Ее голос дрожит, выдавая волнение. Пальцы нервно теребят лямку потертой сумки, перекинутой через плечо. – Простите, что беспокою… Мне сказали, у вас… вопросы по документам?

На ее лице – смесь тревоги и смущения. Моя милая наивная девочка.

– Мисс Грей. – Я поднимаюсь ей навстречу, изо всех сил стараясь контролировать себя и не выдать бушующего внутри урагана, и жестом указываю на кресло напротив своего стола. – Прошу, проходите. Присаживайтесь. Да, действительно, возникли некоторые… нюансы. Ничего серьезного, разумеется. Просто небольшая формальность.

Встречаюсь с ее взглядом и, стараясь, чтобы моя улыбка выглядела непринужденно, добавляю:

– Чисто британская бюрократия, знаете ли.

Нора отвечает неуверенной улыбкой, присаживаясь на краешек кресла. Ее плечи все еще напряжены, спина прямая, как струна. Понимаю. Не каждый день тебя вызывает к себе заместитель директора. Впрочем, скоро она привыкнет к моей компании.

– Я… я все принесла, – говорит она, протягивая мне папку с документами. Ее пальцы слегка дрожат, когда я принимаю эту папку из ее рук. Прикосновение мимолетно, но я ощущаю тепло ее кожи и это заставляет мою кровь бежать быстрее, а пульс учащаться.

– Прекрасно. – Я раскрываю папку, делая вид, что изучаю ее содержимое, хотя, разумеется, знаю каждый листок наизусть. – Итак…

Я поднимаю на нее глаза, стараясь, чтобы мой взгляд не был слишком пронзительным и… голодным.

– Расскажите мне немного о себе, мисс Грей. Как вам в академии? Комфортно ли вам здесь? Над чем вы сейчас работаете?

Она начинает рассказывать, немного запинаясь поначалу, подбирая слова, но постепенно ее голос становится увереннее, глаза загораются вдохновением, а щеки покрываются легким румянцем. Она оживляется, когда говорит о живописи, о своих работах, о том, как цвет и свет переплетаются на холсте, создавая новые миры. Я слушаю ее, не перебивая, завороженный мелодией ее голоса, каждым движением ее губ, едва заметной мимической морщинкой, появляющейся на ее лице, когда она улыбается. В моей груди разливается тепло. После двух долгих лет томительного ожидания она так близко. Наконец-то.

Не знаю, как и почему, но после встречи с мистером Ридом мое расписание резко изменилось. Часть занятий просто… исчезла. Обучение стало более индивидуальным, если можно так выразиться; больше практики, меньше теории. Поначалу я была в восторге – кто же откажется от дополнительных часов в студии? Но радость быстро сменилась тревожным беспокойством. Даже в столовой мне указали на определенный столик, за которым я должна сидеть одна. А сегодня утром в моей комнате я обнаружила новую форму. Гораздо более красивую и качественную, чем у остальных студентов. К ней прилагалась записка, от которой у меня мурашки побежали по коже:

В моей голове с бешеной скоростью крутились мысли: единственный человек, который приходит мне на ум, – это замдиректора Тео Рид. Но зачем ему уделять мне такое внимание? Вопросы оставались без ответа, а угнетающая атмосфера только усиливала мою тревогу.

И вот теперь я стою перед мольбертом в просторной, залитой светом студии. В огромном зале – ни души, только я и… мистер Рид. Он сидит в кресле, одна нога небрежно закинута на другую, в руках – старинная книга в потертом кожаном переплете.