Книга Самый тёмный грех, страница 124 – Ноа Хоуп

– Решил немного сменить имидж, – пробормотал он, уставившись в свою тарелку с нетронутой яичницей.

– «Сменить имидж»? – Честер усмехнулся, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. В его голосе послышалась лёгкая ирония. – А мне больше нравился твой обычный «имидж». Эта щетина тебе не идёт, приятель.

Брат резко поднял голову и бросил на Эшкрофта холодный, почти враждебный взгляд. Его глаза потемнели, а губы сжались в тонкую линию.

– Тебя никто не спрашивал. И вообще, какое тебе дело?

В воздухе повисла напряжённая тишина. Я почувствовала, как у меня похолодели кончики пальцев, а по спине пробежал неприятный озноб. Что-то здесь было не так. Хантер при мне никогда не вёл себя так грубо со своим другом.

– Эй, эй, полегче, парни, – вмешалась я, чувствуя, как нарастает напряжение, и стараясь разрядить обстановку. – Честер просто пошутил. Правда ведь?

Я вопросительно посмотрела на британца, мысленно прося его поддержать меня. К счастью, он оказался достаточно смышлёным, чтобы понять без слов, чтопроисходит что-то странное, и поддержать мою попытку сгладить ситуацию.

– Конечно, – натянуто улыбнулся он, поднимая руки в примирительном жесте. В его глазах, однако, мелькнуло беспокойство. – Просто ты выглядишь немного уставшим, Хантер. Всё в порядке?

Брат снова опустил глаза, теребя край салфетки и сминая её в бесформенный комок.

– Да, всё нормально, – пробормотал он тихо, почти неразборчиво. – Просто не выспался.

– Ага, как же, – скептически фыркнул Честер себе под нос, но, поймав мой предостерегающий взгляд, тут же замолчал.

Я решила сменить тему. Этот странный диалог нервировал меня всё больше.

– Так, о чём ты говорил, Честер? Мы куда-то идём?

– А, да, – спохватился он. – Я подумал, может, съездим сегодня в сад Тюильри? Погуляем, покормим голубей… погода просто идеальная.

– Звучит неплохо, – кивнула я, пытаясь выдавить из себя улыбку.

– Возьмите с собой охрану, – строго произнёс Хантер, вставая из-за стола. Стул со скрипом отодвинулся по паркету, этот противный звук резанул по нервам.

– Я смогу защитить Дану, – вмешался Честер, и в его голосе проскользнули нотки раздражения. – К тому же Висконти не сделал ни единой попытки…

Я невольно вздрогнула, услышав фамилию Лукаса. Пальцы судорожно сжали вилку, и металл неприятно впился в кожу.

Честер бросил на меня виноватый взгляд.

– Прости, – пробормотал он, кусая губу. – Не хотел тебя расстраивать.

– Ничего, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно. Но внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел. Одна мысль о том, что Лукас действительно забыл обо мне, вычеркнул из своей жизни, отозвалась тупой, ноющей болью в груди. Пусть это и было то, чего я хотела, неприятный осадок всё равно оставался.

– Я настаиваю, – твёрдо сказал Хантер, его голос не терпел возражений. – Охрана поедет с вами. Мне так спокойнее.

– Ладно, – сдалась я, понимая, что спорить с ним бесполезно. Только обречённо вздохнула, закатив глаза. – Как скажешь.

Брат коротко кивнул, уголки его губ едва заметно дрогнули, словно хотел улыбнуться, но передумал. Резко развернувшись, он покинул столовую, оставив после себя шлейф напряжения и недосказанности. Его высокая, обычно прямая, фигура сейчас казалась сгорбленной под каким-то невидимым грузом.