Книга Испорченный король, страница 60 – Ноа Хоуп

Каморристы заняли свои места за столом, и наступила тишина, нарушаемая лишь тихим позвякиванием льдинок в графине. Джузеппе лично принёс закуски – маслины, сыр, вяленые томаты, – бросив на нас обеспокоенный взгляд, прежде чем бесшумно исчезнуть в полумраке ресторана.

– Итак, Доменико, давай оставим ненужные церемонии. – голос Микеле был резок, как удар ножа.

– Согласен. – ответил я, встречая его взгляд. – Как и обсуждали, мы заключаем мир. Ты передаёшь нам порт…

– Ты действительно думаешь, что я отдам тебе один из своих основных источников дохода просто так? – перебил меня Микеле, и усмешка тронула его губы, обнажив ряд идеально белых зубов. – В обмен на обещание мира?

– У тебя также будет доступ к нему, Микеле. – спокойно продолжил я, как будто он меня не перебивал. – И ты будешь получать долю с прибыли моих перевозок. Ты же не дурак, чтобы отказываться от денег, которые сами плывут в руки? Но ты должен разорвать все связи с Братвой. – добавил я, понижая голос. – Если мы работаем вместе, ни о каком сотрудничествес русскими не может быть и речи.

Рафаэле, который до этого молчал, подался вперёд, его глаза опасно сверкнули.

– Почему мы должны это сделать? – прорычал он, и в его голосе послышалась неприкрытая угроза. – У русских хорошее оружие и цены.

– Я знаю о вашей встрече. – холодно перебил я, не давая ему договорить. – И надеюсь, эта была всего лишь деловая встреча, а не для того, чтобы провернуть что-то за моей спиной.

– А если и нет? – Рафаэль с вызовом посмотрел на меня, его ладонь легла на рукоять пистолета, скрытого под пиджаком.

– Достаточно. – резко оборвал его Микеле. Он повернулся ко мне, и в его глазах читалось нескрываемое раздражение, но и… уважение. – Да, Доменико, ты прав. Мы встречались со Смирновым, и Братва, надо признать, предложила нам выгодную сделку.

– Времена меняются, Микеле. – медленно произнёс я, делая паузу, чтобы мои слова прозвучали весомо. – Но верность – это не монета, которую можно бросить в колодец желаний. Это основа нашего мира, фундамент, на котором держится всё. И потому я предлагаю тебе нечто более ценное, чем сомнительные обещания русских, которые сегодня здесь, а завтра… кто знает, где они будут?

– Допустим. – процедил он, глядя на меня прямо, без тени страха, но и без прежней самоуверенности. – Что ты можешь предложить взамен союза с Братвой?

– Своё оружие. – я наклонился вперёд, понизив голос до шёпота. – Я могу предоставить тебе его по цене ниже, чем у Братвы. И в отличие от Олега, никогда не кину тебя.

Микеле задумался, барабаня пальцами по столу. Рафаэле молчал, поглядывая то на меня, то на своего босса. В воздухе повисла тишина, тяжёлая, как приговор.

Через полчаса сделка была заключена. Подписи поставлены, руки пожаты. Напряжение спало, сменившись подобием деловой вежливости.

– Кстати, Микеле. – обратился я к нему, когда он уже собирался уходить, и в моём голосе прозвучала едва уловимая нотка издёвки. – Не хочешь узнать, как дела у твоей сестры?

На лице Микеле промелькнула тень боли. Он сжал кулаки, но тут же взял себя в руки.

– Марсела жива, и это главное. – ответил де Лука после паузы. – Если бы что-то случилось, Серафина бы мне сообщила.

Я молча кивнул, понимая его невысказанные слова. Марсела… была и до сих пор остаётся для него больной мозолью и запретной темой.