Книга Свет во тьме, страница 120 – Ноа Хоуп

– Будь со мной, Лёля. По-настоящему. И вместе мы будем сиять ярче, чем когда-либо прежде.

– Да, – прошептала я, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции, – Конечно, да, Ник. Я буду с тобой.

Улыбка, которая озарила его лицо в ответ на мои слова, была такой искренней и чистой, почти мальчишеской, что на мгновение стёрла все следы усталости и жестокости. На секунду я увидела того самого Николаса, которого полюбила много лет назад – импульсивного, немного потерянного, но с огромным сердцем, способным на невероятную нежность. В этот миг я знала, что не ошиблась и сделала правильный выбор.

Но так же быстро, как и появилась, его улыбка угасла, сменившись чем-то иным. Черты его лица заострились, глаза потемнели, и в них вспыхнули опасные огоньки. Это было уже что-то первобытное, голодное, полное откровенной, почти осязаемой похоти.

– Лёля, – его голос понизился до хриплого, интимного шёпота, от которого у меня по спине пробежали мурашки. – Верни себе контроль.

Я ошеломлённо выдохнула, не понимая, к чему он клонит. Сердце забилось ещё чаще.

– Что ты имеешь в виду?

Атмосфера в подвале внезапно изменилась, стала почти электрической, напряжённой от какого-то нового, неизведанного ожидания.

Ник усмехнулся и демонстративно облизнул пересохшие губы. Его глаза, словно два тёмных омута, завораживали меня, не давая отвести взгляд.

– Они пытались отнять у тебя всё, Лёля. Твою волю, тело и душу. Думали, что могут сделать с тобой всё, что им вздумается. – Он сделал короткую паузу, его взгляд на мгновение метнулся к подвешенным телам, а затем снова впился в меня. – Но они жестоко ошиблись. Я показал им это. А теперь твоя очередь.

Моё сердце заколотилось с новой силой, отбивая в ушах тревожный ритм. Я всё ещё не до конца понимала, но инстинктивная часть меня начинала догадываться, к чему он ведёт.

– Что именно ты предлагаешь? – пролепетала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси страха и запретного возбуждения.

– О, ты всё понимаешь, любовь моя, – его голосстал ещё тише, интимнее. – Сейчас вся власть в твоих руках. – Он слегка наклонил голову, его взгляд стал ещё более пронзительным. – Верни себе то, что они пытались отнять. Покажи им, даже мёртвым, кто здесь хозяйка. И начни с меня.

Ник произнёс это так просто и обыденно, словно предлагал мне чашку кофе, а не нечто выходящее за рамки всего, что я когда-либо знала или могла себе представить.

– Сделай со мной всё, что захочешь, Лёля. Используй меня. Унизь, если это поможет тебе. Заставь меня ползать у твоих ног. Я здесь, перед тобой, на коленях. Полностью твой.

Боже… Это был такой невероятно трудный шаг для него. Николас всегда был доминирующим в наших отношениях. Ему жизненно необходимо было при любых обстоятельствах удерживать контроль. И я прекрасно понимала почему. После того как с ним так жестоко обошлась судьба, как его собственные родители отказались от него, а приёмная семья морила голодом, и он часто подвергался насилию и унижениям от отчима, было вполне естественно, даже закономерно, что Николас хотел всё и всегда контролировать. Это была его броня, его способ выживания в этом жестоком мире. И сейчас он добровольно снимал её, предлагая мне свою уязвимость.

Сама идея Николаса была безумной, шокирующей, но в ней, как это ни парадоксально, была извращённая логика. Возможность не просто пережить травму, пассивно ожидая, когда зарубцуются раны, а активно переписать её. Стать не жертвой и выжившей, а полноправным участником.