Книга Последний суд, страница 36 – Влада Мишина

Кейфл и Атсу переглянулись, кладя в рот первые три ядовитых боба. Сомневаться и бояться было уже поздно.

Каждый из них под одеждой, у сердца, прятал по одной пряди волос Ифе, напитанной силой ритуала Анубиса.

Вор вспомнил подробные объяснения принца о признаках судорог и начал отсчитывать мгновения. Холод Дуата, казалось, уже касался его затылка.

Кейфл тоже мысленно считал, прислушиваясь к своим ощущениям. «Атсу, скорее всего, понадобится съесть ещё. Он выше и больше. А я… – юноша скривился, чувствуя онемение в ногах – первый признак судорог. – Мне и этого хватило…»

– Атсу, ты всё помнишь? – слова дались ему с трудом.

– Кажется. Но ничего пока не чувствую!

Вор был бы рад получить от Кейфла команду съесть ещё один боб. Или хоть какие-то слова поддержки, но, повернув голову, он увидел принца, оседающего на пол. Его глаза закатились, а пальцы скрючились в конвульсиях.

– Не теряй времени, смертный! – приказал Анубис.

«Страшно», – думал Атсу. Да, умирать было страшно. Но вор всё-таки положил в рот ещё один боб, чувствуя горьковатый привкус. На этот раз долго ждать признаков приближающейся смерти не пришлось. Мужчина упал на пол рядом с Кейфлом, перестав чувствовать ноги.

Анубис раскинул руки, сдерживая частички душ, покидавших тела. Не привязывая их к жизни – такой силой даже Каратель не обладал, – но задерживая на грани смерти. Он с отстранённой горечью понимал, что, похоже, ему самому вскоре понадобится прощение за многие деяния.

Когда зелёный свет и холод власти Анубиса над Дуатом рассеялись, Сет осмотрел тела смертных, оставшихся на полу.

– Хорошая работа. Да и хекау всё правильно рассчитал. Значит, шанс есть.

Каратель кратким движением посоха отсёк две тёмные пряди волос: одну – Кейфла, другую – Атсу.

– Ты ведь знал, что они не отпустят тебя одного. Да и со мной тоже. Сами спустятся в Дуат.

Сет кивнул, задумчиво разглядывая два тела, лежащих на полу, а затем переводя взгляд на Ифе.

– Они удивляют. Я давно понял, что нам их не понять. Не только этих. Вообще людей.

– Они проще, чем мы, – возразил Анубис.

– Ошибаешься. Иногда мне кажется, что мы существуем только потому, что смертные нас придумали.

Каратель отошёл от тел, становясь перед дядей.

– Если в Дуате ты хоть шаг сделаешь без моего ведома…

– Ты меня низвергнешь в глубины глубин. Не повторяйся, – ухмыльнулся Сет.

– Надо защитить их тела, – Анубис резко сменил тему, вновь взывая к своей силе.

Зелёная вспышка окутала зал, скользнув по стенам, выходам, потолку и полу.

Сет поморщился от холода, коснувшегося его кожи. Он – бог песчаных бурь – больше тяготел к жару.

– Запечатал?

– Будет неудобно, если души, что нужны для спасения Осириса, умрут окончательно просто потому, что мы бросили их тела в Инпуте.

– Так ты окончательно уверовал в наш путь, племянник?

Анубис вдохнул. Крылья его носа хищно раскрылись.

– Я долженпройти путь вместе с вами. Вера тут ни при чём.

Сет снова ухмыльнулся, на этот раз обращаясь к своей силе.

– Рассвет близко. Нам пора, – он схватил Анубиса за предплечье.

Каратель едва удержался от того, чтобы не вырваться из хватки, но перемещение уже началось. «Возвращаюсь домой тропами грешника… Как предатель». К собственному удивлению, он не испытывал от этих мыслей той горечи, что должен был. Они были лишь привычкой. На самом же деле, Анубису казалось, что он на правильномпути. И для него это было неправильно.