Книга Котулху-Мявн и проклятие Солнечного города, страница 44 – Агния Кабитова

– Д-да, так и есть, – Магистр с ужасом подумал, что этот человек все эти годы управлял городом, который он не мог поработить ни с помощью темных сил, ни с помощью всего своего гения.

Сумев развязать наконец все веревочки, сняв пленочку и окончательно достав фотографии, он радостно крикнул: «Ха-ха!»

– Не пугайте, что вы! – мэр оторопел, но, бросив взгляд на фото, с удивлением заметил сэра Пур-пура с каким-то существом на руках: – И что это? Какая-то новая домашняя гидра? Или сцилла с харибдой, только такие… мини-версии? Чтобы удобно было в сумке носить.

– Это монстр, которого он вроде как победил.

– Да? – пораженный услышанным мэр более заинтересованно посмотрел на снимки. – А по прошлым фотографиям он выглядел посолиднее, самую малость повыше.

– Вы правда не понимаете? – Магистр не выдерживал, теперь он был готов запихать в магический сундук не короля, а для начала – мэра. Кто знает, может это пошло бы ему на пользу. Городу, конечно, а не его главе. – Просто сложите два и два. Есть сэр, который постоянно жалуется на проблемы города. Постоянно что-то ноет. Тех не туда поселили, этих не так приняли, вон тем не то выдали. И вот, он оказывается магом!

– Ага…

– И порабощает монстра! А знаете для чего?

– Для чего?

– Чтобы захватить власть и всем отомстить! Он, видимо, и призвал этот туман, или понял, как тот работает! А потом, а потом… Разузнал из тайных библиотек, как поработить монстра, приумножить туман и уже с помощью этого магического тумана захватить всех! А за спасение потребовать денег!

Магистр улыбался как безумный. Его полуулыбка преобразилась в звериный оскал.

И пока мэр отдавал указания схватить и обезвредить сэра, Помощник, стоявший в темном углу, в ужасе глядел на происходящее. Вот мэр обо всем распорядился, везде все сказал.

– Выйди на время, – приказал Магистр.

Помощнику показалось, что он мог убежать в этот момент, позвать на помощь. Но привычка была сильнее. И страх, и какая-то безнадега. Когда кажется, что ничего уже не изменить.

Котулху-Мявн вернулся. Он с трудом заставил себя. То ли ошейник, то ли личный выбор, но он вернулся. Монстрик сумел призвать небольшое грозовое облачко. Потом еще одно. Он чувствовал, как в сумраке тумана у него прибавляется сил. Тонкие нити пытались обвить его, запутать. Он чувствовал, как скопившиеся гнев и ожесточение усиливали его магию. Только он начинал вспоминать, как без проблем разрушал и забирал, как его обижали, не любили, не признавали, опять мелькнула мысль сбежать. С ней вихри магии стали заметнее.

Фермеры в ужасе разбежались кто куда, энты медленно поворачивались: кто падал, кто застревал, успев за время спора врасти в землю. Все бежали прочь. А монстрик все притягивал мрак к себе. В какой-то момент он подумал снять ошейник, разломать в пух и прах. Или найти сэра и отнять у того ключи.

«Предатель. Предатель! Тысячу раз предатель! Он говорил о правилах и честности. А сам обманул! Обманул!»

Столб магии вылетел россыпью молний во все стороны. Фермеры стали помогать застрявшим энтам, энты прикрывали фермеров. Общая беда объединила. В этот момент вся слизь и мрак потянулись прочь от жителей в сторону Котулху-Мявна, превращаясь в голоса, в навязчивые мысли.

И вдруг он услышал не чужие слова, а свои: «А я все равно поступлю правильно. Я уже спасал это место. Значит, спасу и в этот раз».