Книга Чувствуй себя как хочешь, страница 62 – Саммер Холланд

– Тогда иди сюда.

Джек забирается руками под платье, тянет его наверх и помогает Флоренс стащить ненужную сейчас тряпку через голову.

Господи, ее кожа. Нежная, как шелк, хотя ни одна ткань в мире не сможет с ней сравниться. Маленькая колумбийская богиня в его руках смеется и расстегивает на нем рубашку. Джеку кажется, что он во сне, и просыпаться совершенно точно не входит в его планы.

Он тянется к бардачку за презервативом, пока Флоренс заканчивает возиться с пуговицами и стягивает рубашку с его плеч вместе с пиджаком. Она опускается губами к его коже, и перед глазами снова плывет.

Как только в голову пришло сказать, будто ему что-то не понравилось? Это невозможно с такой девушкой: она не стесняется собственных желаний, и каждое прикосновение оставляет горящий след на коже.

Зарывшись пальцами в густые темные волосы, Джек тянет ее к себе, открывая для своих поцелуев тонкую шею и округлую, требующую ласки грудь. Он думал об этом с тех самых пор, как Флоренс впервые разделась перед ним.

Ее пальцы находят путь к ремню, отчаянно цепляются за него. Низкий грудной стон становится трофеем, который Джек сохраняет в памяти, надеясь, что он останется там надолго. Лучше бы навсегда. Он мечтал об этом столько раз, слыша ее голос.

– Я схожу с ума, – бездумно бормочет он вслух.

Нащупав рычаг, он падает назад вместе со спинкой кресла, утягивая Флоренс за собой. Она смеется, расстегивает на нем брюки, мягкие волосы падают на его грудь и приятно щекочут кожу. Джек жмурится от нереальности происходящего: ему кажется. Это сон. Один из многих, но первый, что ощущается именно так.

Когда ее пальцы обхватывают его член и вырывают из руки презерватив, Джек и сам не удерживается от стона. Нетерпеливые движения становятся резче, ее частое дыхание передается ему, и он быстро пробегается пальцами по ее коже, сжимает бедра, сам начинает торопить. Флоренс седлает его, направляет, и перед глазами летят искры: они кружатся в замысловатой румбе, уничтожая остатки возможности мыслить.

– Хорошо… – выдыхает она и упирается ладонями в его грудь.

Хочется замедлить время. Она ощущается идеально вокруг него, и все переживания сейчас сполна окупаются. Словно оба они существовали только для того, чтобы оказаться в этой машине, в этом тупике. Наедине друг с другом.

Флоренс набирает темп, берет под контроль их движения, и это опьяняет, как разреженный воздух. Джек открывает глаза и перестает дышать: ее наклоненный к нему силуэт, едва различимый в свете отдаленного фонаря, кажется неземным. Как «Лилит» Джона Кольера, она тот же недостижимый идеал женственности и так же эфемерна.

Он невольно тянется очертить руками этот прекрасный изгиб, где талия плавно переходит в округлые бедра. Флоренс впускает его глубже, ускоряется и Джек понимает, что надолго его не хватит – не сейчас, когда она наклоняется ближе, ее волосы струятся в тусклом свете, а он слышит глухой стон сквозь прикушенную губу.

– Подожди, – просит он, придерживая ее в тщетной попытке замедлить, – не так быстро, пожалуйста.

– Почему? – Ее голос становится хрипловатым.

– Ты слишком хороша, и я не хочу опозориться.

Вместо ответа Флоренс делает только хуже: она двигается все быстрее, так, как хочется ей. Необходимо отвлечься, но как только Джек пытается это сделать, в машине сначала становится тихо, но тут же раздается нежный протяжный стон.