Книга Пригнись, я танцую, страница 11 – Саммер Холланд

Манчестер, апрель 2011

Пластик поведет от температур. Нужно взять дополнительное ребро жесткости, но технологически все уже готово, и это только будут расходы сверх тех, что есть. Леон ведь говорил держать в уме стоимость, но Том никогда не был экономистом.

А еще прогуливал геометрию, и совсем зря: сейчас знаний не хватает. Может, купить пару учебников или даже нанять преподавателя? Деньги есть, времени достаточно. Мистер Петерсон из школы выглядит нормальным, можно попросить его.

Всегда легче что-то делать, когда материалы перед глазами. На часах почти десять, но Гэри вроде еще должен быть в гараже – может, к нему сгонять? Там лежит прототип, если его взять, покрутить, то, глядишь, решение придет.

Том выходит из их с Леоном комнаты, натыкаясь на миссис Гамильтон. Она осматривает содержимое холодильника так, словно собирается готовить. В первые несколько раз эта картина даже его обманула.

– Торопишься? – мягко улыбается она, выглядывая из-за дверцы. – На ужин останешься?

– Нет, спасибо, – Том качает головой. Телеужин^[2]в микроволновке он и сам разогреть может.

Та только кивает и возвращается к холодильнику. Они с Леоном готовы покупать любые продукты, но кухня забита одноразовыми контейнерами, стоит отпустить миссис Гамильтон в магазин. Старшие Гамильтоны так и не адаптировались к новой жизни, а ни Леон, ни Том не готовы быть их прислугой.

Они могли бы снять отдельную квартиру, но страшно бросать этих двоих, да и деньги лишними не бывают. Эти не выживут: ни дохода, ни банальных навыков ведения хозяйства. На кухне будет грязно, пока Леон с Томом не уберутся. В гостиной то же самое. Что творится в спальне старших, даже представлять не хочется.

На улице Том выбрасывает из головы мысли об их текущей ситуации: Леон говорит, скоро они переедут в Америку. Он, кажется, и сам не может придумать, как оставить своих родителей одних, но как минимум денег им выдаст. Наверное, тогда их немой договор прекратит свою силу. А пока нужно сконцентрироваться на том, что поддержит штаны им самим: «Джей-Фан».

Никому не нравится название, кроме Тома, но они привыкнут. Кто изобретает, тот и называет. А имя получается классное, звучное, запомнить легко, выговорить в магазине – еще проще.

В темноте он решает пойти короткой дорогой: до гаража несколько кварталов. Одинаковые трехэтажки, отделанные красным кирпичом, стоят впритык друг к другу, между ними всего футов шесть^[3]. Забавно, наверное, жить с окнами, чуть ли не упирающимися в соседнее здание: можно перемахиваться или даже болтать.

Том проходит очередной такой проход, краем глаза замечая движение в темноте – наверное, кошка бегает. Или собака.

Он немного напрягается, когда позади слышатся шаги, и даже пытается проверить, кто там, но в ту же секунду левый бок пронзает острая боль. Том хватается за него, оборачивается, и то, что он видит, похоже на кошмарный сон.

Левая рука нащупывает нож, торчащий между ребер. Лица нападавшего не видно за капюшоном, но как только Том открывает рот, чтобы заорать, за плечом того появляется лицо Леона.

А еще спустя мгновение брат перерезает человеку горло.

У Тома темнеет в глазах.

Заполнив отчет, Кэтрин откидывается назад в кресле и наконец закрывает глаза: четверг на исходе. Остался еще один день рабочей недели, и в субботу можно будет устроить ленивое утро, чтобы хорошенько отдохнуть. Она не планирует подниматься раньше девяти.