Книга Пригнись, я танцую, страница 209 – Саммер Холланд

Мысль о смерти приходит ему в голову так неожиданно, словно уставший от этой задачи мозг пытается сбежать от работы любой ценой.

– Не мели чепухи, – рыком отвечает Гэри, даже поднявший голову от двигателя. – С чего нам умирать?

– Помнишь перестрелку в Левеншульме?

– Помню. И ты, и Джек, и Леон, все помнят. Поэтому мы в них больше не суемся.

– Мало ли, когда еще придется.

– Не знаю, как ты, – Гэри с силой вытаскивает поршень, – а я на тот свет не собираюсь.

– Никогда?

Чертовы ножки никак не становятся как надо: ластик уже протер в бумаге дыру, и нужен новый лист.

– Не в ближайшие лет сорок.

– Мать сказала, она бы предпочла, чтобы я умер.

– Так тем более нужно жить, – хмыкает Гэри. – Как минимум назло.

– И все же у нас нет плана на случай чьей-нибудь смерти.

– Уверен, у Леона есть. У него планы на все случаи жизни, даже если киберлюди захватят Манчестер, он придет и начнет раздавать указания, кому куда идти.

Том замолкает, улыбаясь чертежу: это Гэри точно подметил. У Леона всегда есть план, и пока что каждый раз это он вытаскивал их из переделок. Кроме той перестрелки, там он отключился, заливая машину кровью, и отвезти его к ветеринару решил Джек.

– Эй, – раздается голос Гэри. – Никто не умрет. И если твоя мать несет херню, необязательно ее слушать. Да, это наши родители, мой отец, скорее всего, сказал бы мне то же самое, но это все чушь. Мы живем так, как умеем, а они просто херово сделали свою работу. Я даже не знаю, умеют ли они быть родителями и нахера ими становились. Твои, мой отец, мать Джека. Да посмотри на Гамильтонов – тоже ебаные дети.

Его вдруг прорывает. Обычно молчаливый Гэри все говорит и говорит, не останавливаясь. Впервые Том понимает, что его разлад с родителями подкосил не только его.

Все это время казалось, что ему из них больше всех повезло. Отец и мать оба живы, не колотят его и даже не мешают. Да, у них никогда не было денег, но это же мелочи: Том начал зарабатывать и помог. Закрыли ипотеку, даже отправили Джун учиться. Жизнь начала налаживаться.

А потом мать услышала, какими именно деньгами они закрывали ипотеку. Оказалось, что все эти годы они с отцом предпочитали жить в своем собственном мире и не думать о том, чем занимается Том. И когда игнорировать это стало невозможно, предпочли просто вычеркнуть его из своей жизни.

При этом жить в доме, ездить на машине, носить шмотки, оплаченные криминальными деньгами, им все еще не жмет. Удивительные люди.

– Как думаешь, – спрашивает Том у затихшего Гэри, – какими родителями будем мы?

– Какими угодно, – отвечает тот после небольшой паузы, – лишь бы не такими, как наши.

Нью-Йорк, январь 2019

Раньше Кэтрин думала, что с машиной она сможет успевать везде и не тратить кучу денег на «убер». Как же она ошибалась: сегодня придется сбежать пораньше, нужно успеть в химчистку, в магазин, чтобы забрать новые туфли, заказать шары для дня рождения Хейли и купить что-нибудь из еды. Том собирался провести целый день в гараже, так что до вечера, скорее всего, ничего не съест, а у них как назло пустой холодильник.

Новый этап терапии приносит вместе с собой немало проблем. Том быстро стал мрачным и потерял аппетит: теперь побочки раздражают его даже больше, чем раньше. Он то храбрится, обещая, что со всем справится, то замолкает и уставляется в одну точку. Но это тоже пройдет. Когда Кэтрин заметила, как сильно похудели его руки, не стала ничего говорить и выдавать свое беспокойство.