Книга Сердце пустыни, страница 125 – Габриэль Коста

– Стой… Она хочет нас защитить, – прохрипел Саргон. – С этого момента она – последнее выжившее насекомое, и имя ей… Энида.

Очертания многоножки, Саргона, неизвестного и Саяры стали расплываться. Гилем понял, что неожиданно вновь почувствовал свое тело и начал моргать. Вероятно, способность Саргона перестала действовать. Он показал им все, что планировал. Команда вновь очутилась в гробнице. Всех, кроме Рисы и Гилема, охватил ужас. Остальные члены команды впервые столкнулись с событиями Великой Войны лицом к лицу. Они же были свидетелями гибели Грисдиса. Также шок не коснулся лица Азеля. Книгописец посмотрел на Илая, тот еще при разговоре с Саргоном мало чем отличался от мертвеца, а сейчас, кажется, и вовсе не дышал.

– Но… Но откуда все эти насекомые на втором материке, если… они были уничтожены Саярой? – спросила Риса.

– Это… – сказал Саргон, и его глаза потухли. Он повернулся к Рисе. – Тайна, которую я расскажу вам следом.

– Я только одного не пойму, зачем вам или кому-то еще изменять или переписывать историю? – Кайл посмотрел на Саргона, потом на Гилема. Ответил ему Редлай.

– Потому что ситуация с гибелью всей расы насекомых вызывает чувство вины, – оборотень говорил безжизненным тоном. – Мама скрывает свое превращение не для того, чтобы сохранить власть на материке Живого Леса. Ей необходимо иметь ряд преимуществ в будущих сражениях и пару тайных уловок. Драконы вымерли, но их сила осталась в моей матери. Все нынешние потомки драконов не могут даже в десятой части сравниться с ней, – он посмотрел на Короля Сорокатысячи Ног. – У Саргона главная причина – истребление целой расы.

– Когда вы отправитесь в храм Ранди, узнаете очень много тайн прошлого. Особенно если Марил доберется туда в целости и сохранности. Хотя за нее я переживаю меньше всего. Она если и умрет, то заберет с собой нападавших, найдет способ переродиться и отпинает всех причастных. В любом случае именно там вы получите все необходимые знания, связанные с Великой Войной, – Саргон посмотрел на потолок. – Проблема еще и в том, что никто не знает, какое проявление пожара у архитектора. Это вы сможете понять только опытным путем, но без пожара вам седьмой материк не запечатать, – он перевел взгляд на Азеля. – Вся нынешняя история переписана. И даже мы, стражи, не можем вам рассказать всего. Верьте лишь тому, что увидели собственными глазами.

– Какие опасности нас могут поджидать? – ровным голосом спросил Азель, который, в отличие от остальных, сохранил самообладание после путешествия в прошлое.

– Самая большая проблема, что тогда, что сейчас, – это Повелитель Грома. Он занимал нейтральную позицию в отношении седьмого материка. За наложение знака выступало шестеро стражей, но на нашей стороне, после гибели Экадора и архитектора, остался сильнейший страж, что силой оказал давление на тех, кто хотел управлять седьмым материком. Обо всем этом вы тоже узнаете в храме Ранди, – Саргон усмехнулся. – Мы его для того и отстроили, чтобы кто-то вроде Марил смог когда-нибудь узнать правду в обход наложенного на нас знака.

– Получается, Повелитель Грома представляет опасность? – уточнила Риса. – Насколько важно посещение этого материка в качестве официальных гостей?

– Не думаю, что вы сможете от него скрыться. Я бы рассказал вам о его нынешней позиции по седьмому материку, да не знаю. Никто не знает. Когда-то у нас произошла стычка, и я чуть не убил Повелителя Грома. Остановили меня Леа и его обещание, что он поможет победить воинов пепла. Я жалел о своем решении тогда, жалею и сейчас. Не могу сказать, как он поведет себя. Он самый слабый из стражей. Чисто теоретически, победить его обычные люди – хранители короля – могут. Но вы пока не готовы столкнуться с ним лоб в лоб.