Книга Океан и Архитектор, страница 10 – Габриэль Коста

Риса видела, как татуировка Гилема то исчезала, то возвращалась. Значит, он пытался выудить из произошедшего как можно больше знаний. Она же точно поняла одну вещь: верить нельзя никому. Даже названным союзникам. Их главная цель, как бы эгоистично это ни звучало, сначала привести в порядок свое тело, следом – разум и уже потом храбро бросаться навстречу приключениям. Иначе они умрут в пути или поубивают друг друга. Хотя в их компании явно произошли изменения. Айон и Кайл дрались и переругивались уже намного меньше. Они, будто после нескольких смертельных путешествий, смогли найти что-то общее и обрести баланс. На протяжении суток они сидели спина к спине, опираясь на один вырост в хитиновой пластине. Кайл даже успел поспать на плече Айона из-за неудобной позы. Раньше принц уже оторвал бы ему голову, а сейчас даже не обратил внимания. Все вокруг менялось. Риса окинула взглядом Сину и Илая и сразу же прогнала из головы все мысли о них. Ее собственные вопросы к Азелю меркли перед их нынешними проблемами. Она посмотрела вперед на приближающийся океан.

По коже побежали мурашки. Риса осознала свою силу. Основа ее костра – это Великая кузница. Она не так хорошо знала легенды Виарума, поэтому обязательно расспросит Гилема позже. Но именно ее сила дважды спасла команду от неминуемой гибели. Без костра в их команде остались лишь Азель и Айон. Принц пока боялся даже лишний раз использовать искру, а ее парень будто и не нуждался в бо́льших силах. Она задумалась о природе его способностей. Ее искра позволяла ей разжечь первородное пламя, и совсем неудивительно, что ее костер позволял объединять пламя разных людей. А вот как проявит себя сила Азеля, она не могла даже вообразить. По словам Саргона, костер архитектора их явно удивит.

– Энида, остановись, пожалуйста, за полкилометра от деревни, – тихо сказала Сина, зная, что насекомое ее услышит, и повернулась к команде. – Не хочу пугать местных жителей многоножкой, которая превосходит размеры их деревни, – пояснила она.

– В общем, из вещей у нас ничего не осталось, – ответил ей уставшим голосом книгописец. – Все растеряли. Надо не забыть и в следующий поход взять с собой лишь воду, еду и немного ума. Почему мы всегда забываем взять немного ума? – он обращался вроде бы ко всем, но смотрел на Редлая.

– Мне казалось, именно ты у нас отвечаешь за логику и благоразумие, – Редлай сначала пытался сдержать улыбку, но в итоге даже хрипло засмеялся. – Кого я обманываю. В нашей команде за рассудительность отвечают Риса и Азель, как мать с отцом.

– Вы нас уже в старики записали? – Риса улыбнулась и посмотрела на Азеля.

– Если бы у меня были такие дети… Гилем бы сесть не смог. Он иногда так и напрашивается на проклятия на всех диалектах мирового языка, – дипломат ухмыльнулся и показал книгописцу язык. – Какая глупость, детей нам еще тут не хватало.

– Как всегда, источник проблем – кто-то другой, а ругают меня, – фыркнул Гилем и отвернулся. – О, Энида, кажется, замедляется. Редлай, как на тебе штаны-то удержались? Точнее, то, что от них осталось. Хорошо хоть не голым тут лежал почти сутки.

– Поверь. Впервые я сам этому рад, – простонал Редлай.

Как Сина и попросила многоножку, та остановилась метрах в пятистах от деревни. Размеры Эниды все равно заставили жителей запаниковать, но тащиться больше по песку сил у команды не было. Легче выдумать какую-нибудь легенду.