Книга Пой. История Тома Фрая, страница 82 – Габриэль Коста

– Линдси, мама права, Тому сейчас не стоит петь о любви в истории, где погибает главный герой. – Он сжал челюсти, вытирая кофе резкими движениями и выплевывая слова с отвращением. – Не нужна ему эта постановка. Будут другие.

– Да ладно, ладно, не кипятись, Ди. – Сестра заговорила мягче. – Не буду я больше трогать Тома. – Она взглянула на сбитую с толку миссис Мун. – Мама права, сами разберетесь. Я влезла куда не нужно, извини.

– Ничего. – Он снова сел спокойно. – Забыли.

Но Линдси видела, что ни черта не забыто. Таков был ее брат. Отвратительные эмоции будут кружиться в его голове еще какое-то время. – Давайте лучше решим, куда вы хотите сходить до отъезда?

– На Манхеттен! – выкрикнула Линдси.

– Ну конечно же! – прошептал Дилан и потер лоб от напряжения.

* * *

После того, как мама с сестрой отправились домой, Дилан не мог отделаться от своих мрачных эмоций. Подобно зыбучим пескам они утягивали его в темноту. Хотелось заморозить все вокруг, самому остановиться, выпустить скопившиеся ярость или тоску. По-простому – снять ярмо, наброшенное собственными амбициями, желаниями и целями. Все мысли крутились вокруг постановки. Необходимо было приступить к репетициям как можно скорее. Голова ломилась от пунктов в воображаемом плане. Дилан понимал, что еще слишком молод и возможностей попытать счастье на прослушиваниях для этой постановки достаточно, но жадность тисками сковала горло, не позволяя дышать. Из раздумий вывел сигнал лифта, призывающий выходить. Дилан выскользнул из кабины и медленным, неуверенным шагом направился в квартиру. Весь его внешний вид подходил под описание – шок. Том за пару секунд раскусит его настроение. Дилан вставил ключ в замочную скважину и, глубоко вздохнув, попытался натянуть улыбку.

– Я дома!

Тишина. Везде выключен свет. Том ничего не пропел в ответ и даже не встретил. Дилан огляделся, запасные ключи пропали. Он, не снимая обувь, прошел на кухню. Кривая улыбка сползла с его лица, показывая настоящие эмоции. Квартира пустовала, почти все коробки Том разобрал, мусор со столика исчез, а вещи оказались разложены по полкам. Дилан включил свет, чтобы попить воды и написатьТому СМС с однозначным вопросом, но заметил на столе несколько флаеров с надписями маркером. Дилан поджал губы и подошел поближе. «Совершенно случайно заказал рисовую лапшу. Неслучайно съел. Решил пройтись за пиццей. Скоро буду». Пожав плечами и положив телефон в карман, Дилан бросил флаер с рекламой нижнего белья на стол и заметил другой. Одна единственная оставшаяся бумажка призывала пройти прослушивание на ежегодную постановку «Вестсайдская история». Пот проступил на лбу Дилана. Он взял флаер, пристально вчитываясь в буквы, обернулся на входную дверь. Никого. Сердце стучало в голове. Дилан разорвал бумажку на множество мелких частей и смыл в раковину.

– Он не должен узнать.

Свет погас. Сердце утихло. Удавка на шее ослабла.

Том сидел утром в полной темноте. Солнце уже встало, однако плотно зашторенные окна не пропускали ни единого луча. Они с Диланом не относили себя к совам или жаворонкам, просто школа приучила вставать рано, а видеоигры зачастую сдвигали уход ко сну за полночь. Поэтому, когда будильник прозвенел в полвосьмого, Том без труда открыл глаза и начал разглядывать идеальный белый потолок. Тот факт, что Том целыми днями ничем не занимался, кроме изучения окружающих предметов с особой тщательностью или просмотром глупых ток-шоу, его вполне устраивало. В их квартире было две комнаты и одна двуспальная кровать. Они спали с Диланом вместе, совсем не заботясь о личном пространстве. Сейчас Том скорее смахивал на растение, которое время от времени передвигалось по комнате, фыркало и ело. Дилан не трогал его лишний раз, ходил на пробежки, исследовал понемногу город и думал о репетициях. Он принял решение позже разобраться с такими мелочами, как другая кровать, расписание походов в прачечную и готовка еды. Дилан похлопал Тома по плечу, без слов оповещая его о том, что пошел в туалет, и скрылся в ванной под безразличный взгляд Тома.