Книга Пой. История Тома Фрая, страница 79 – Габриэль Коста

– Тебе закусочных в городе не хватает? Давай еще за голубями побегаем в Центральном парке. – Дилан испытывал странную гордость от того, что мог разбрасываться подобными фразами. Он так долго ждал своего переезда. С того самого момента, как включил телевизори наткнулся на свой первый мюзикл. – Лучше спустимся в метро. Гугл Карты показывают замечательное кафе в паре станций отсюда. – Он уткнулся в телефон на несколько минут, сверяясь с дорогой. – Мама?

– Мне без разницы. Если ты уверен в нем, значит, и мы уверены. – Она улыбнулась. – Пойдемте.

И вот, когда Дилан вновь опустился под землю, ему в голову пришла мысль, что длинные линии метро – настоящие сосуды города, а люди – клетки крови, вынужденные поддерживать работу всего города. Звук закрывающихся дверей, стук колес по рельсам – ничто иное, как пульс. Каждый человек со своей идеей, мыслью, желаниями и надеждами. Вагон в мгновение превращается в банку с сардинами из романтиков и беженцев Америки. Дилан предполагал, что место, съедающее тысячи, если не миллионы, людей в год, будет наполнено странной энергетикой, но все равно остался удивлен. Город звал петь, и бороться с этим было невозможно.

Он звал жить.

– И правда, замечательно. – Линдси редко признавала чью-то правоту, но, когда они остановились перед кафе, совесть не позволила ей молчать.

Дилан улыбнулся. На залитой ярким солнцем уличной площадке стояли небольшие столики, зеленные зонты. Для человека, родившегося в Нью-Йорке, в кафе не было ничего примечательного, однако для них: одного переселенца и двух гостей, это место сияло ярче бриллианта. В таких кафе останавливаются перекусить звезды, почитать новости, поругаться с кем-то по видеосвязи, пожаловаться на успевший остыть кофе, вальяжно снять очки и отбросить волосы в сторону или поправить прическу, запустив в нее пятерню. И пусть площадка пустовала наполовину, а другая половина была заполнена азиатскими туристами, Дилан с легкостью мог представить каждый кадр из собственного воображения.

Он настолько погрузился в мысли, что не заметил, как они заняли столик. В такие необычайно длинные минуты родственники старались не трогать его. Толку никакого, Дилан все равно не отвечал, а нарваться на ссору с ним или грубое слово проще простого. Лишь звон разбившейся где-то рядом кружки вывел его из ступора.

– Мам, смотри, Ди ожил. – Линдси ткнула брата в ногу. – Я-то думала уже, буду вести и тебя, и маму под ручку. – Миссис Мун цокнула языком. – Пока ты летал в облаках, я вспоминала, какую истерику устроил Билли, когда мы сказали ему про поездку в Нью-Йорк. Он собиралсясорваться из своего спортивного лагеря. – Она отпила кофе. – Слишком много энергии даже для десятилетки.

– Кто бы говорил, честное слово! – Дилан вспылил, вспоминая Линдси в десятилетнем возрасте. Он тогда в первый раз покрасил волосы, чтобы скрыть седину, появившуюся от ее безумств. По сравнению со своими двумя братьями и сестрой Дилан казался самым спокойным. Амбиции, как выяснилось, – их семейная черта. – Ты опустила вазу мне на голову!

– Такому цветочку не хватало оформления. – Сестра улыбнулась, явно облегченно выдыхая от того, что брат пришел в норму. – Так, я не поняла, а где твой симпатичный друг с ангельским голосом? Уже где-то выступает?