Книга Меж двух королей, страница 151 – Линдси Штрауб

— Нет ничего постыдного в том, чтобы быть девственником, — сказал Аполлон. — Даже я когда-то был девственником.

Тэмми поджала губы. Аполлон, конечно, был прав.

Но быть девственницей было проклятием ее существования так долго, что ей было трудно избавиться от этого образа мыслей. Жестокие насмешки Веры все еще преследовали ее. Потребовалось много времени, чтобы преодолеть чувство неполноценности, которое преследовало ее все детство, и теперь, когда она стала объектом сексуального влечения Аполлона, ей была ненавистна мысль о том, что он узнает, какой она была раньше. Это была победа, так или иначе, заставить такого человека, как он, захотеть ее. Победа, которой она наслаждалась.

— Мне не стыдно, — резко сказала Тэмми.

Она не сомневалась, что он тоже понял, что это ложь. Но, к счастью, Аполлон не стал отвечать. Вместо этого он сказал:

— Отвечая на твой вопрос, я чувствую запах разложения. Их тела уже сдались. Только их разум удерживает их здесь. Закрой глаза.

— Почему?

Вздох.

— Ты обязательно должна подвергать сомнению все, что я тебе говорю?

— Да.

Еще один вздох.

— Если ты закроешь глаза, твои другие чувства обострятся. Ты почувствуешь то же, что и я.

Тэмми неохотно закрыла глаза. Сначала от кожи Аполлона исходил только знакомый запах дыма. Затем в нее начало проникать что-то еще: что-то темное. Распад.

Смерть уже стояла на пороге; Тэмми чувствовала это так же, как Аполлон. Она чувствовала и кое-что еще: страдание. Она могла слышать человека внутри: старика. Кровь медленно текла по его венам, сворачиваясь. Его легкие подверглись коррозии; каждый вдох причинял ему мучительную боль. Его сердце работало гораздо интенсивнее, чем следовало бы, чтобы поддерживать в нем жизнь — признак смерти, неоспоримая ода хрупкости человека. Тэмми и представить себе не могла, что все эти мышцы и кровь превратятся в камень. Она открыла глаза.

— Как происходит окаменение?

— Это вопрос переноса, — сказал Аполлон. — Когда мы забираем их жизненную силу,это делает нас сильнее. В свою очередь, они теряют плоть, которая привязывает их к жизни. Они превращаются в камень.

— Перенос, — тихо повторила Тэмми. Это было слово, которого она никогда раньше не слышала.

— Сила будет исходить отсюда, — Аполлон положил ладонь ей на грудь, прямо над грудями, и ей внезапно стало еще теплее, — из твоего сердца. Ты должна извлечь это из самой глубины своего существа.

— Да. Способность превращать в камень уже есть внутри тебя. Тебе нужно только воспользоваться ею.

Для Тэмми все это не имело особого смысла. Она снова начала терять терпение.

— Но как мне этим управлять?

— Сначала ты должна перевоплотиться.

Тэмми не удивилась, она ожидала этого. И все же это заставило ее занервничать. Конечно, Аполлон осудил бы ее, если бы она не смогла обратиться. Или, что еще хуже, он бы узнал, почему ее тело предало ее.

— И что тогда?

— И тогда я расскажу тебе, что делать дальше.

Тэмми кивнула. Она не могла сделать ничего другого. Ее желудок быстро скрутило в узел.

— Ты все еще хочешь продолжить? — спросил Аполлон.

Тэмми колебалась. Она была благодарна, что он привел ее сюда, к этому умирающему человеку, где окаменение стало бы благословением, а не проклятием. Но Каспен был прав: отнимать жизнь — это ужасно.

— Им больно? — спросила она.