Книга Меж двух королей, страница 99 – Линдси Штрауб

— Как ты мог? — сорвалось у неё. — Церковь?

Габриэль тяжело дышал, кудри липли ко лбу.

— Это всего лишь здание, Тэмми.

— Но… это… это дом Коры….

— Нам не нужна церковь, чтобы почитать Кору. Нам нужно было отправить сигнал.

Тэмми онемела.

Сигнал — что они готовы воевать. Готовы идти до конца.

— Люди пострадали, Габриэль! Толпа….

— Люди уже страдают, Тэмми! Мы голодаем. Что ты хочешь, чтобы мы делали?

Тэмми покачала головой, пытаясь понять его — и не понимая.

— Это не работает. Вы причиняете боль только себе. Ты думаешь, королевская семья хоть на секунду расстроится из-за сгоревшей церкви? Это ударит только по жителям.

— Они скоро почувствуют.

— Что это значит?

Он посмотрел на неё, и в его глазах блеснуло что-то тёмное.

— Короли — только начало. Следующие — змеи.

Ледяной страх прошёл по её спине.

— Когда это закончится? — прошептала она. — Когда вам будет достаточно?

Ветер завыл между домами, раскачивая его фигуру в темноте. Габриэль смотрел на неё, глаза блестели отражением пламени.

— Когда нам вернут то, что забрали.

А затем он развернулся — и ушёл, не оглянувшись.

Глава 16

Это был первый раз, когда Габриэль отставил ее, не поцеловав в щеку. Тэмми почувствовала, как одинокая слезинка скатилась по тому месту, где должны были быть его губы. Она, спотыкаясь, возвращалась через лес, замерзшая и одинокая. Несколько раз она падала на тропинке, пробираясь на ощупь, не понимая направления. Она плакала так сильно, что едва слышала свое имя.

— Темперанс? — Аполлон появился из леса, как призрак, его обнаженная кожа светилась в темноте.

— Что ты здесь делаешь? — Тэмми ахнула. Она никогда не видела его вне пещер.

Аполлон подошел ближе.

— Ты сказала, что была в деревне. Тебе причинили боль.

Мозг Тэмми едва работал. Она изо всех сил пыталась сложить кусочки мозаики воедино: Аполлон был здесь. Он пришел, чтобы найти ее. Аполлон был здесь.

— Почему ты плачешь? Что случилось?

Тэмми понятия не имела, что ему ответить. Почему она плакала? Было ли это из — за того, что у нее на глазах сгорела церковь, в которую она ходила с детства? Было ли это из — за того, что люди пострадали, и это была ее вина? Или это потому, что человек, которого она считала братом, предстал перед ней в совершенно другом обличии?

Аполлон подошел еще ближе и нежно провел большим пальцем по ее щеке.

— Скажи мне, как помочь тебе, — пробормотал он. — Пожалуйста.

Тэмми закрыла глаза, не обращая внимания ни на что, кроме его прикосновений, позволяя им успокоить ее. Интимность момента была ошеломляющей. Им нужно было прекратить встречаться вот так — наедине, в темноте, и сразу после того, как случалось что — то травмирующее. Это был только вопрос времени, когда все закончится катастрофой.

— Почему ты плачешь, Темперанс?

Тэмми открыла глаза.

— Жители деревни в ярости.

Аполлон приподнял бровь.

— Даже сейчас?

— Да.

— Из — за кого?

— Из — за королевских особ. И… — она помолчала, раздумывая, как много ей следует сказать. — Из — за Каспена.

Аполлон приподнял другую бровь. Тэмми не знала, насколько хорошо он знал — знал ли он, что Каспен был тем, кто нарушил перемирие, — что он нарушил его ради нее.

— Жители деревни не причинят нам вреда, Темперанс. Они боятся нас.

Она покачала головой. Они недостаточно боялись их. Следующие — змеи.

— Если они приблизятся к нам, мы обратим их в камень, — сказал Аполлон. — У нихне будет ни единого шанса. Окаменение — наша величайшая сила.