Книга Святилище, страница 24 – Илона Эндрюс

— Это твой ответ? — потребовал Роман.

Тишина.

— Полагаю, что нет, — пробормотал Фарханг. Если и нужен был наглядный пример того, как можно выглядеть удручённым, то это был он.

Роман вздохнул.

— Привет, Фарханг.

Глаза Фарханга загорелись.

— Вы видитеменя и знаете меня?

— В некотором смысле. Я познакомился с твоим телом.

— О. Хм, если это не слишком бестактно… Вы, случайно, не знаете, где сейчас находится моё тело?

— В моём доме, перед камином. На тебе сидит магическое существо, которое помогает тебе спать.

— Могу я спросить, как я попал в ваш дом?

Он казался немного хрупким. Прибить его словами «ты заявился в мой дом, чтобы силой забрать ребенка из-под моей опеки», возможно, было уже слишком.

— Ты пришёл с какими-то наёмниками.

Фарханг помрачнел.

— Я?

— Ммм.

— И это был не дружеский визит?

— Нет.

Фарханг замялся.

— Я что, кого-то обидел?

— У тебя была очень хорошая попытка.

Фарханг поморщился.

— Всё в порядке. Никто из важных персон не пострадал. — Роман продолжал идти вперёд. — Я с самого начала понял, что что-то не так, так что твоё тело не пострадало.

В основном. В основном без повреждений. У Роро очень острые зубы.

— Мне очень жаль. Приношу свои глубочайшие извинения.

— Извинения приняты.

Роман шагал вперёд. Фарханг держался рядом с ним, не отставая.

— Лес — это приятная перемена, — сказал Фарханг через некоторое время. — В аромате елей и сосен есть что-то такое, что трогает за душу.

— Он первобытен, — сказал Роман.

— Да. Именно так и чувствуется.

— Сосны — древние деревья. Они появились раньше цветов, почти 200 миллионов лет назад. Цветочные ароматы многогранны и сложны, в то время как запах сосны прост. Но каждый человек реагирует на него. Мы знаем его благодаря какому-то забытому инстинкту.

Запахи и воспоминания переплетались. Не сосны были виноваты в том, что воспоминания,которые они пробуждали, заставляли его нервничать. Сейчас он не мог погрузиться в эту тёмную пучину. У него были гости.

— Где ты обычно порхаешь? — спросил Роман.

— Над травянистой равниной на фоне далёких заснеженных вершин. Полагаю, это пейзаж Северного Ирана. Возможно, где-то в окрестностях Сарейна.

— Звучит живописно.

— О, да, — кивнул Фарханг. — Великолепный пейзаж, очень обширный. Кажется, что он почти бесконечен. И очень одинок.

— Как давно ты разговаривал с другим человеком?

Фарханг задумался.

— Три года? Думаю, так.

Все боги были придурками.

— Что случилось?

Фарханг вздохнул.

— Я дал священную клятву победить кого-то во имя моего бога. Меня предостерегали от этого, но ситуация стала критической, и я всё равно поклялся. В этом была замешана женщина.

— Такое случается и с лучшими из нас, — сказал Роман. Он тащил это проклятое дерево из-за женщины. Морена и Чернобог редко ссорились, но, должно быть, на этот раз они что-то не поделили, потому что дерево явно было подарком в знак извинения.

Фарханг улыбнулся.

— Я не сдержал своё обещание. Клятва расколола меня надвое. Моё тело с частичкой моего сознания находится в физическом мире. Остальная часть меня заперта здесь.

Три года он провёл в одиночестве, не имея ни малейшего представления о том, что происходит с его телом. Да уж, понимаю, Тёмный, ты прав. Всегда может быть хуже. Мне всё равно. Я всё равно ухожу.

— Ты пытался подать апелляцию? — спросил Роман. — Три года долгий срок.