Книга Снежное место, как дом, страница 2 – Лора Павлов

— У них лучшая тетя на свете, — сказала я, опускаясь рядом с Поппи на кровать. — Пристегнись — мама прислала селфи.

Мои родители относились к празднику так же серьезно, как жених с невестой, и восприняли идею тематических костюмов слишком буквально.

Мама: Ну как тебе?

Я: Это определенно заявление.

Мама: Я — идеальная Дева Мария, а твой отец — роскошный Иосиф. Хотела бы, чтобы ты передумала и стала младенцем Иисусом. Это было бы так мило — ты же наша дочь. Людям бы понравилось.

Я: Джек — тоже ваш ребенок, но вы почему-то не заставляете его лежать в огромных яслях на колесиках.

— Не верю, что твой отец построил ясельки и рассчитывал, что ты туда ляжешь, — сказала Поппи, судорожно смеясь, пока мы ждали ответа моей мамы.

Мама: Это его свадьба, милая. Они с Холли заранее придумали свои костюмы.

Я: У меня тоже есть план, и он не включает повязку поверх бежевого комбинезона и лежание в гигантской тележке с сеном.

Мама: Это не повязка, это пеленка.

Я: Ясно. Я останусь Рудольфом.

Мама: Наверное, правильно. У папы аллергия разошлась — он же набил ясли сеном.

Я: Господи. Чихающий Иосиф будет всех отвлекать. Я рада, что у меня теплыйкостюм.

Мама: Ты хоть согласовала наряды с Эйсом?

Эйс Бонетти.

Лучшй друг моего брата и шафер на свадьбе.

Эйс — едва ли не главная знаменитость, которую знала наша маленькая горная деревушка. В школе он был звездой футбольной команды, королем выпускного и победителем в номинации «станет знаменитым» — и, конечно, он этот прогноз оправдал.

Он продолжил играть в футбол в колледже, а потом решил стать актером и каким-то чудом получил главную роль в сериале Netflix, который в прошлом году стал самым просматриваемым шоу в мире.

Вот такой он парень.

— Она ведь понятия не имеет, как ты сохла по лучшему другу своего брата всю юность, да? — спросила Поппи.

— Не драматизируй. Не так уж долго, — пробормотала я, и мы обе прекрасно знали, что я лгу сквозь свои оленьи зубы.

— Ой, знаю я тебя. И мне тебя жаль — хуже объекта для подростковой влюбленности ты выбрать не могла. Он не следует обычным законам природы.

— Точно, — я поднялась и подошла к трюмо, чтобы нанести блеск для губ. — Парень, по которому ты сохнешь в подростковом возрасте, должен оставаться на своем пике именно в школе. А не хорошеть с возрастом, как дорогое вино.

Она рассмеялась:

— Вот! Возьми моего школьного краша, Бобби Флакера. Набрал килограммов тридцать, отрастил пивной живот и теряет волосы. Он ржал мне в лицо, когда я позвала его на танцы во втором классе старшей школы и кто сейчас смеется?

Я усмехнулась:

— Светящаяся рождественская елка — вот кто. Этот парень всегда был заносчивым придурком. Так что вполне логично, что карма подала ему дерьмовый бутерброд.

— Верно, Рудольф. Объект твоих подростковых мечтаний должен вырасти и показать тебе, как хорошо, что он тебя отверг. Я увернулась от пули.

— Еще бы.

— А ты, конечно, умудрилась влюбиться в сердцееда всей округи Уайт Кеп Маунтин. От тебя иного и не ждали — всегда целилась высоко. А я предпочитаю стрелять пониже, — пожала она плечами.

— Эйс и я отлично дружим, и хорошо, что я ему ничего не сказала, — не пришлось переживать реальный отказ. Он всегда относился ко мне как к младшей сестре.

Он просто не знал, что я никогда не смотрела на него как на старшего брата.