Книга Без ума от любви, страница 32 – Лора Павлов

— Слезь с меня, придурок! — заорала она.

— Я только что спас твою голову от удара об лед. Пожалуйста, — огрызнулся я, поднялся и протянул ей руку.

Мне было холодно как в аду: белая футболка, серые спортивные штаны. Я заметил ее голые ноги — пальто задралось, открыв бедра.

— Мне не нужна твоя помощь, — прошипела она, проигнорировала мою ладонь и попыталась подняться сама,но снова зашаталась.

— Да чтоб тебя, прекрати упрямиться и возьми мою гребаную руку.

Ее глаза округлились, нижняя губа дрогнула.

— Нет. Я пойду домой пешком.

Я устал. Она даже не заметила, как я подхватил ее на плечо, как пожарный, и понес к дому, пока она молотила кулачками по моей спине.

— Ты что творишь?! Немедленно поставь меня на землю!

Я не остановился, пока мы не вошли в дом, а за нами не хлопнула дверь, не пустив очередной снежный порыв в прихожую.

— На улице ледяной ад. У тебя на машине нет зимней резины. И далеко ты не уйдешь в этих чертовых туфлях.

Она вздохнула, провела рукой по влажным от снега волосам.

— Ты так переживаешь за деньги на ремонт своего грузовика? Решил держать меня в заложниках? Я сказала, что позвоню и все оформлю.

— В заложниках? Ну это ты загнула, Эмилия. — Я застонал: она могла довести кого угодно. — Да плевать мне на машину. Там метель. Давай согреемся и обсохнем, я отвезу тебя домой.

Я пошел в кухню. Либо последует, либо попытается сбежать. Но услышал стук ее каблуков по каменному полу.

Я достал пару полотенец, положил на столешницу. Она молча взяла одно, вытерла лицо и руки. Когда убрала волосы за уши, я заметил рассеченное место на лбу.

— Господи, ты вся в крови, — пробормотал я, подходя ближе.

Она коснулась пореза, качнула головой, но ничего не сказала. Губы задрожали, и тут из глаз хлынули слезы. Ее тело затряслось, и я молча пошел в гостиную, схватил фланелевый плед с дивана, вернулся.

Я расстегнул ее мокрое пальто, стянул его и завернул ее в плед. Подхватил за бедра, усадил на кухонную столешницу. Она не сопротивлялась.

Я достал из морозилки пакет со льдом, завернул в полотенце, вложил ей в руку и приложил к лбу.

— Держи. Знаю, холодно. Я сделаю тебе чай.

Включил чайник, достал две кружки. Сам я тоже промок и замерз. За окнами завывал ветер, а в кухне раздавались ее рыдания.

Я не знал, что делать, поэтому просто молча бросил в кружки пакетики и залил кипятком.

Поставил ее чашку рядом, как раз когда всхлипы затихли.

— С каких это пор ты в очках? — спросила она, убрав лед и обхватив горячую кружку.

Я забыл про них. Снял и положил рядом.

— Это для чтения. Ношу только, когда работаю.

— Хм… И что ты читаешь? Книги «Как эффективно мучить людей»? — ее губыдрогнули, будто собирались в улыбку. Я закатил глаза.

— Я же сейчас тебя не мучаю, — буркнул я и отпил чай.

Она вытерла глаза, всхлипнула.

— Извини за слезы. У меня просто ужасный день.

— За слезы извиняться не надо. Такое бывает. — Я прочистил горло. Странно было видеть ее в моем доме. Мы никогда еще не оставались одни в четырех стенах. — Вот за то, что вернула отличный унитаз, можно бы и извиниться.

Она фыркнула:

— А ты бы мог извиниться за то, что был со мной козлом… ну, наверное, столько, сколько я тебя знаю.

Мои губы сжались, ноздри раздулись. Я подошел ближе.

— Почему эти извинения для тебя так важны?

— А большой вопрос: почему тебе так сложно их сказать?